Турция ищет новых союзников и партнёров (2016)

С. Иванов,
ведущий научный сотрудник
Центра международной безопасности
ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук

Внешнеполитический курс нынешнего руководства Турецкой Республики (TP) в регионе, получивший широкую известность как "ноль проблем с соседями", завершился полным провалом и превратился на деле в "ноль отношений с соседями". Резкое ухудшение российско-турецких отношений после пуска турецкой ракеты по российскому боевому самолету завершило процесс политической изоляции TP по периметру ее границ.

Сегодня практически все сопредельные с Турцией государства оказались в числе ее противников или конкурентов (Сирия, Ирак, Иран, Греция, Кипр, Армения). Исключением можно считать взаимовыгодные отношения страны с Иракским Курдистаном как с субъектом федерации Ирака. При этом отношения Анкары с Багдадом за последние годы заметно ухудшились и даже обострились, особенно после того как турецкая сторона грубо нарушила суверенитет соседней страны введением без разрешения центральных властей на север Ирака воинской части с артиллерией и бронетанковой техникой. Так TP дает понять, что ее явно не устраивает проиранское шиитское правительство в Багдаде, которое поддерживает режим Башара Асада в Сирии.

В целом попытки открытого вмешательства Анкары во внутренние дела Сирии и Ирака, вскрывшиеся факты транзита иностранных боевиков-джихадистов в эти страны через территорию TP, сотрудничество турецких властей и частного бизнеса с террористической группировкой "Исламское государство" (ИГ), "Джабга ан-Нусра" и другими исламистскими группировками региона в вопросах торговли нефтью, оружием, музейными артефактами, новая военная кампания против турецких и сирийских курдов - все это подвергается критике не только большинства членов мирового сообщества, но даже традиционных союзников Анкары в лице США и других стран НАТО. Евросоюз, в свою очередь, выражает недовольство нежеланием или неспособностью турецких властей остановить транзит беженцев и нелегальных мигрантов из стран Ближнего и Среднего Востока в Европу. Налицо нарастающая изоляция TP в регионе и на международной арене и резкое ухудшение экономического положения в стране.

Все это вынуждает Анкару искать новых, хотя бы временных союзников и партнеров в мире и регионе, к числу которых относится и Израиль. Как известно, Турция признала Государство Израиль и установила с ним дипломатические отношения первой из исламских стран еще в ноябре 1949 года. До сих пор это - единственное исламское государство, где евреи (около 20 тыс. человек) пользуются одинаковыми политическими, гражданскими, экономическими и культурными правами наравне с другими этносами. Более того, они в основном принадлежат к зажиточным и средним слоям населения ТР.

Долгое время прагматическая заинтересованность друг в друге позволяла обоим государствам поддерживать высокий уровень двустороннего взаимодействия, особенно в сфере экономики, туризма и военно-технического сотрудничества. Существовал даже обмен разведданными по линии силовых ведомств. К 2010 году товарооборот между двумя странами достигал 3,5 млрд долларов в год и Израиль занимал 17-е место в списке экспортеров на турецком рынке, в то время как Турция была шестым по величине торговым партнером Тель-Авива.

Однако пришедшие к власти сторонники исламизации Турции в лице Партии справедливости и развития (ПСР), стремясь завоевать больший авторитет в исламском мире, начали делать недружественные заявления в адрес Израиля и постепенно дистанцироваться от него. Р. Эрдоган демонстративно принял в Анкаре с визитом лидера ХАМАС X. Ма-шаля, заявил о возможности сближения с Ираном, осудил израильскую военную операцию "Литой свинец" в Секторе Газа (СГ) в 2008-2009 годах.

Непосредственным поводом для разрыва дипломатических отношений между двумя странами стал инцидент с судном "Мави Мармара", которое входило в так называемую Флотилию свободы, пытавшуюся в ночь с 30 на 31 мая 2010 года прорваться в блокируемый Израилем Сектор Газа. Флотилия из шести судов была остановлена израильскими коммандос в нейтральных водах, девять граждан Турции, оказавших физическое сопротивление досмотровой группе израильтян, были убиты в ходе столкновения и около 30 ранены.

На заседании турецкого парламента было решено пересмотреть отношения между Турцией и Израилем, отозвать турецкого посла из Тель-Авива, закрыть воздушное пространство страны для израильских некоммерческих самолетов. Были заморожены некоторые совместные оборонные проекты, для израильских туристов были закрыты турецкие курорты. Как позже стало ясно, вся эта провокационная затея с прорывом морской блокады СГ была инспирирована турецкими спецслужбами и ее целью являлась не доставка гуманитарных грузов палестинцам, а завоевание авторитета Р. Эрдоганом в исламском мире.

К тому времени неоосманская идеология стала основой внешней политики Турции, когда Анкара попыталась восстановить свое влияние в границах бывшей Османской империи другими, невоенными методами. Свою антиизраильскую карту Р. Эрдоган умело разыграл для завоевания лидерства среди националистических и исламистских групп населения как внутри страны, так и в мусульманском суннитском (салафитском) мире. Эта тактика вписывалась в начинавшуюся на Ближнем Востоке "арабскую весну", которая устраняла традиционные правящие режимы.

Однако расчеты на то, что режим Баш ара Асада к концу 2015 года падет, а Турции удастся привести к власти в стране "Братьев-мусульман" и занять место Ирана в Сирии, а также усилить свои позиции в соседних Ираке и Ливане, не оправдались. Достижение соглашения Ирана с Западом по его ядерной программе и, как следствие, ожидаемое снятие ограничительных санкций с Тегерана заметно усилило военный и экономический потенциал этой страны и ее влияние в регионе.

Накануне 2016 года Р. Эрдоган посетил Эр-Рияд и попытался упрочить уже сложившиеся партнерские отношения с руководством Саудовской Аравии. Главными точками соприкосновения Анкары и Эр-Рияда являются общая ненависть к режиму Башара Асада в Сирии, стремление любыми путями ограничить влияние Ирана и шиитских общин в регионе, а также союзнические отношения с Вашингтоном. Примерно теми же мотивами объясняется и ожидаемое восстановление отношений между Турцией и Израилем. Не случайно в ходе своего визита в Саудовскую Аравию Р. Эрдоган подчеркнул: "Израиль нуждается в таком союзнике, как Турция. И мы должны признать, что также нуждаемся в Израиле".

Восстановление дипломатических отношений и возобновление турецко-израильского сотрудничества под эгидой США в нынешних обстоятельствах устраивает многие заинтересованные стороны. В декабре 2015 года турецкие власти подтвердили, что на переговорах в Швейцарии было достигнуто предварительное соглашение с Израилем по нормализации двусторонних отношений.

Согласно достигнутым договоренностям Тель-Авив создает фонд в размере 20 млн долларов для выплаты компенсаций жертвам израильских коммандос, а в обмен на это Турция отказывается от любых исков против Израиля по данному делу. Кроме того, Тель-Авив обязался несколько ослабить режим блокады Сектора Газа. Последнее упомянуто скорее для "сохранения лица" Р. Эрдогана перед своими сторонниками и на деле вряд ли что-то изменит на морской границе СГ. Ведь нельзя забывать, что категорически против снятия этой блокады выступает другой союзник Израиля - Египет. Якобы представители Турции пообещали израильтянам в случае снятия блокады СГ прекратить деятельность ХАМАС на своей территории.

У Турции и Израиля сегодня намного больше общих интересов и точек соприкосновения, чем оснований для конфронтации. К тому же налицо и взаимная торгово-экономическая выгода от такого сотрудничества. Турция могла бы стать важнейшим инвестором программ развития израильского ВПК, а также долгосрочных проектов разработки газовых месторождений типа "Левиафан", строительства подводного газопровода, по которому израильский газ поступал бы в Турцию и далее в Европу. По сообщению ряда турецких СМИ, Анкара собирается возобновить военно-техническое сотрудничество с Израилем и приобрести у него современные системы наблюдения и разведки, новейшие БЛА и т. п.

Несмотря на это, Тель-Авиву следует быть максимально бдительным в отношениях с Турцией, не забывая, что Р. Эрдоган в угоду своим амбициям и планам может и ему "нанести удар в спину".

Особо следует остановиться на "внезапно вспыхнувшей дружбе" Турции и Украины. Начало воздушно-космической операции России в Сирии по просьбе руководства этой страны явно нарушило планы Анкары и вызвало с ее стороны крайне негативную реакцию. В этой связи уничтожение российского боевого самолета Су-24 силами ВВС Турции явилось как бы логическим продолжением агрессивной внешней политики Анкары на сирийском направлении и послужило поводом к дальнейшему резкому ухудшению российско-турецких отношений.

Сразу же после этого трагического инцидента Анкара и Киев приступили к активизации двусторонних связей и контактов во всех областях. Примечательно, что секретарь Совета национальной безопасности Украины Александр Турчинов непосредственно после атаки ВВС Турции с одобрением отозвался об уничтожении российского самолета, оправдывая действия Анкары "необходимостью защиты своих границ". При этом Турчинов призвал украинских военных действовать по образцу турецких летчиков, сбивая российские самолеты при малейшем нарушении украинского воздушного пространства.

В настоящее время обе стороны не скрывают своих намерений расширить взаимодействие во всех областях и более тесно "дружить против России". Президент Украины пообещал закупать турецкие продукты, строительные материалы, автомашины, запчасти и предметы широкого потребления, ранее поставлявшиеся в РФ. Но этого им показалось мало, и украинская и турецкая стороны нашли еще одну, более серьезную сферу для сотрудничества - оборонно-промышленный комплекс.

Так, Анкара предлагает оказать помощь в перевооружении украинской армии посредством реэкспорта вооружения и военной техники (ВВТ) из стран НАТО. На данный момент Турция активно снабжает боевиков-исламистов в Сирии посредством закупок ВВТ на Западе и передаче их так называемой умеренной сирийской оппозиции. Тот факт, что в конечном итоге это оружие оказывается в руках "Исламского государства", "Джабга ан-Нусра" и десятков других террористических группировок в Сирии и Ираке, Р. Эрдогана и его окружение ничуть не смущает.

Здесь уместно отметить, что и украинские "торговцы смертью" не брезгуют продавать оружие по нелегальным каналам террористам ИГ и родственных ему группировок. Вариант снабжения западными образцами ВВТ украинской армии и сирийской вооруженной оппозиции через Турцию также весьма выгоден для Вашингтона и Брюсселя, так как позволяет им оставаться в стороне от обвинений в прямых поставках своих вооружений на Украину и в Сирию.

У Киева и Анкары уже имеется формальная основа для дальнейшего развития военного и военно-технического сотрудничества. В 2015 году были подписаны соглашения по совместным проектам в таких областях развития вооружений и военно-промышленного комплекса, как авиация, флот, бронетанковые силы, стрелковое оружие и даже космические технологии.
Украина заявляет также о намерении развивать с Турцией сотрудничество в области судостроения, а та, в свою очередь, обещает помочь Киеву в восстановлении ее военного и гражданского флота. Государственная корпорация "Укроборонпром" сообщила, что обе стороны уже договорились о создании совместной системы безопасности в акватории Черного моря. То есть систему противостояния России они теперь будут строить сообща, используя порты обеих стран и свои территориальные воды.

Анкара активизировала также политико-дипломатическую поддержку Киева по поводу событий на Донбассе и государственной принадлежности Крымского п-ова. Еще в начале августа 2015 года в турецкой столице прошел так называемый Всемирный конгресс крымских татар, на котором Р. Эрдоган выступил за возвращение Крыма в состав Украины и поддержал функционеров крымско-татарского меджлиса - Мустафу Джемилева и Рефата Чубарова, находящихся в Киеве. Следует отметить, что нынешний глава правительства Турции А. Давутогау не раз подчеркивал, будто у него имеются крымско-татарские корни, а его зять и внук - крымские татары.

По словам замминистра информационной политики Украины Татьяны Поповой, Анкара обратилась с просьбой к Киеву относительно помощи в информационной войне с Россией. У Турции есть очень серьезное желание не только нанесли любой возможный ущерб РФ, но и контролировать часть постсоветского пространства, в особенности ту территорию Украины, которая исторически принадлежала Османской империи (речь идет о Новороссии).

Ровные и позитивные отношения с Российской Федерацией не давали турецкому руководству простора, чтобы помимо своей экспансии "мягкой силой" на Балканах и в странах Центральной Азии развернуться и на украинском направлении. Похоже на то, что в своем стремлении изолировать РФ Р. Эрдоган и его окружение допускают явные политические и экономические просчеты, и вряд ли сотрудничество с Украиной "против России" принесет Анкаре ожидаемые дивиденды.

Зарубежное военное обозрение. 2016, №2, С. 23-26

Всего комментариев: 0
avatar