От видового взаимодействия к "объединенному" управлению вооруженными силами Канады (2003)

Полковник С. Печуров,
доктор военных наук,
действительный член АВН

Канада, как и подавляющее большинство государств мира, вступила в весьма обременительную, со всех точек зрения, фазу кардинального реформирования своих вооруженных сил и, в первую очередь, всеобъемлющей реорганизации системы их управления.

Ведущие канадские политологи и военные специалисты воспринимают как неизбежность факт заметного снижения, по сравнению с временами "холодной войны", военных расходов и, соответственно, сокращения вооруженных сил. Однако возникшие новые угрозы, главным образом международный терроризм, настоятельно требуют от руководства государств Запада принятия адекватных мер. При условии продолжения курса на сохранение численности вооруженных сил в центре внимания остается проблема - потенциал их не должен быть уменьшен. Выход был найден в реструктуризации вооруженных сил западных государств с "англо-саксонской моделью" военного устройства (то есть при гипертрофированной самостоятельности их видов и вытекающими отсюда последствиями) путем объединения этих самих видов и родов войск в единое целое - качественно новые вооруженные силы, что подразумевает автоматически и создание соответствующих "объединенных" структур управления ими.

Канада не имеет столь длительной и богатой военными кампаниями истории как, например, их южный сосед - США, не говоря уже о европейских государствах.

Практически "милицейски сформированные" канадские вооруженные силы вплоть до начала XX века привлекались только лишь к охране границ и борьбе с аборигенами - индейцами. Первым существенным участием канадцев в конфликте международного масштаба можно считать англо-бурскую войну в Южной Африке в 1899-1902 годах, когда в сухопутные войска Канады для отправки в британский контингент завербовались около 8 000 добровольцев.

По-настоящему серьезным испытанием для канадской военной машины стала Первая мировая война. Руководство Канады - одного из крупнейших членов Британской империи - еще накануне ее развязывания предложило включить свои так называемые "заморские экспедиционные силы" в формирования британских вооруженных сил. И уже к концу 1916 года в Европе действовали четыре канадские пехотные дивизии, сведенные в Канадский корпус. В годы Первой мировой войны Канада не имела национальных ВВС. Однако несколько тысяч канадских военнослужащих в индивидуальном порядке вступили в британские Королевские ВВС. Причем около 25 % летного состава этих ВВС представляли канадцы. К концу войны были даже сформированы два новых рода войск - "Королевская военно-воздушная служба ВМС Канады" и "Канадские ВВС за рубежом", которые просуществовали около года и по окончании войны были распущены. Несколько тысяч канадских граждан проходили службу в британских ВМС и национальной береговой охране. Всего в 1918 году под ружьем насчитывалось более 331 тыс. канадских военнослужащих - как добровольцев, так и призывников. Для управления такими массами людей, конечно же, нужны были и соответствующие управленческие структуры. Но задача облегчалась тем, что, как указывалось выше, канадские формирования являлись частью британских группировок ВС. Отсюда те же, что у ВС Великобритании проблемы с управлением войсками, которые в концентрированной форме выражались в слабом, почти нулевом взаимодействии видов вооруженных сил - СВ и ВМС, а также между нарождавшимся новым видом - ВВС и сухопутными войсками на театрах военных действий 1.

Период после окончания Первой мировой войны и до начала Второй, по словам канадских военных историков Джона Мартинсона и Майкла Р. Макноргана, характеризовался "повальными сокращениями ВС страны". Их численность упала до 8 000 к 1939 году. Особенно "стагнации" были подвержены сухопутные войска. Кавалерия ушла в прошлое, эра танков, по крайней мере для Канады, еще не наступила. Первые бронетанковые формирования стали появляться перед Второй мировой войной. Сокращения сухопутных войск естественным образом коснулись и нюансов управления ими, качества и масштабов боевой подготовки.

Об оперативной подготовке малочисленных подразделений не могло быть и речи, как впрочем, и об отработке вопросов какого-либо взаимодействия родов войск, не говоря уже о совместных действиях с другими видами ВС. Приблизительно аналогично развивались процессы в ВМС Канады, насчитывавших к концу Первой мировой войны менее 2 000 человек личного состава и всего шесть эсминцев.

С национальными ВВС в тот же период дела обстояли несколько иначе. Оценив роль авиации в войне как весьма позитивную, руководство страны в 1920 году воссоздало их в виде полувоенной - полугражданской структуры. В 1924 году специальным рескриптом им было присвоено наименование "королевские", и они стали одним из родов сухопутных войск, насчитывая порядка 400 офицеров, сержантов и рядовых и несколько "многоцелевых" самолетов. На них же, с учетом британского опыта, была возложена функция противовоздушной обороны. К началу Второй мировой войны "гражданские задачи" были изъяты из перечня функций канадских ВВС, и они в 1938 году стали самостоятельным видом ВС. При этом личный состав насчитывал уже примерно 1,2 тыс. человек, а количество самолетов составило более тридцати.

Вторая мировая война для канадских вооруженных сил началась с ее объявления Германии парламентом страны 10 сентября 1939 года, то есть уже через неделю после того, как это сделал Лондон.

Осенью того же года первая дивизия СВ Канады морским путем была доставлена в Великобританию. С ней же прибыла и 110-я эскадрилья канадских ВВС, оснащенная самолетами-разведчиками (корректировщиками огня) "Уэстлэнд-Лизандер" британского производства.

После разгрома Франции в 1940 году и нависшей угрозы вторжения германских войск в Великобританию канадское руководство отказалось от добровольного принципа комплектования своих ВС и объявило призыв. К концу 1942 года за пределами страны было уже развернуто пять канадских дивизий. Накануне, в декабре 1941 года, при обороне Гонконга и в августе 1942-го при попытке атаковать французский порт Дьеп канадские сухопутчики и моряки в составе британских формирований потерпели крупные поражения. 1943 год стал более удачным для канадцев: в июле 1-я пехотная дивизия СВ Канады в составе союзных войск успешно вторглась в Сицилию, а затем приняла участие в освобождении всей Италии. Но о реальном взаимодействии в этот период видов канадских ВС через попытки создания объединенных управленческих структур можно говорить только в контексте операции "Оверлорд", то есть вторжения западных союзников в Нормандию 6 июня 1944 года.

В данной операции в числе первых пяти соединений союзников участвовала и 3-я пехотная дивизия ВС Канады. По мнению канадских военных аналитиков, высадка десанта впервые была организована образцово, как результат теснейшего взаимодействия всех трех видов ВС. Этому во многом способствовало, как полагает канадский военный историк Дэвид Я. Холл, то, что в результате многомесячных дискуссий и межвидовой борьбы сухопутчикам и представителям ВВС Великобритании (при самом активном участии канадского генералитета) удалось достичь консенсуса в вопросах четкого разграничения задач завоевания господства в воздухе и оказания поддержки наземным войскам со стороны союзных ВВС. Так, например, канадские высшие офицеры, включая фактического руководителя группировки сухопутных войск Канады в Европе генерала Эндрю Дж. Л. Макнотона, поначалу резко критиковали разработанный британскими ВВС "эгоистический подход" к решению проблем взаимодействия с другими видами ВС. Именно эта критика якобы и возымела действие.

В июне 1943 года, наконец, было сформировано 2-е тактическое авиационное командование (ТАК), в состав которого помимо других соединений вошли 84-я и 83-я смешанные (бомбардировщики, истребители, разведчики) авиационные группы. Причем половину боевого состава 83-го крыла (17 авиаэскадрилий) составляли канадские авиационные части. Всего же на фронтах Второй мировой войны было развернуто 48 эскадрилий канадских ВВС. Эти, по сути, британоканадские формирования ВВС и обеспечили успех наземных войск в операции в Нормандии и в освобождении Западной Европы британскими и канадскими соединениями сухопутных войск, действовавшими бок о бок с американцами. Факт же "тесного взаимодействия" канадских ВМС с СВ и ВВС в ходе Второй мировой войны обычно особо не выделяется ни канадскими, ни британскими военными историками. Хотя значительно возросшей их (ВМС Канады) мощи к концу войны (471 корабль и более 106 тыс. человек личного состава) отдается должное в свете участия канадских моряков в сопровождении транспортов, охране морских коммуникаций и побережья как Канады, так и освобожденных в Европе территорий.

Войну Канада закончила, имея под ружьем 761 тыс. военнослужащих. Всего же через ВС в годы войны прошло более 1 млн канадских граждан (потери Канады в сравнении с другими странами антигитлеровской коалиции оказались относительно невелики - чуть более 42 тыс. погибших).
Значительно сократив численный состав своих ВС, канадцы все же оставили в войсках более 48 тыс. человек, что почти в 6 раз превышало их довоенную численность. Участие Канады в Корейской войне (1950-1953 годы) путем предоставления в помощь США одной пехотной бригады (8 000 военнослужащих) и нескольких боевых кораблей явилось как бы исходным пунктом начавшегося наращивания военного потенциала страны - процесса, который затормозился только на рубеже 80-90-х годов прошлого века с окончанием "холодной войны".

В первые послевоенные десятилетия канадские ВС формально оставались частью ВС Британской империи, несмотря даже на так называемый Вестминстерский статус 1931 года, обозначивший полную самостоятельность страны. Фактически же канадские ВС перестали ориентироваться в своем развитии на ВС метрополии и всецело перешли на стандарты ВС США.
Соответственно теперь американские подходы к военному строительству со всеми их плюсами и минусами, в том числе в вопросах управления, взаимодействия видов и других, стали по сути идентичными и для канадских вооруженных сил 2.

Этому способствовали три факта: заключение в 1947 году американо-канадского Договора "о продолжении сотрудничества между вооруженными силами обеих стран в мирное время", вступление Канады в числе первых в 1949-м в НАТО и создание в 1958-м Объединенного (американо-канадского) командования ПВО Северной Америки (НОРАД). Все это почти автоматически подразумевало включение планов развития ВС Канады в программы совершенствования американской военной машины и размещение на территории Канады американских войск на базах и военных объектах. В свою очередь и Канада в соответствии со взятыми ею обязательствами разместила в Европе части и соединения своих сухопутных войск и ВВС.

В целом за годы "холодной войны" в Канаде сформировалась и утвердилась на практике свойственная всем государствам Запада упомянутая выше англо-саксонская модель военного устройства, которая при наличии "безграничного" финансирования военных приготовлений и постоянно увеличивавшихся вооруженных сил, с одной стороны, вполне удовлетворяла цели и потребности военно-политического истеблишмента этих стран, но, с другой - не стимулировала военно-научную мысль относительно альтернативных путей развития военной машины. В этой связи устранение "коммунистической угрозы", неопределенность перспектив развития ВПО, а затем возникновение угроз новых - международный терроризм - вынудили военное руководство стран Запада кардинально пересматривать устоявшиеся планы военного строительства и почти в пожарном порядке переходить на новые пути развития своих вооруженных сил.

Руководство Канады, как и других стран Запада, выбрало путь оптимизации организации ВС и структур управления ими в виде создания компактных, насколько это возможно, межвидовых (объединенных) формирований с такими же объединенными командованиями - штабами.

Таким, как их потом назовут, оптимизированным "объединенным" структурам на Западе до поры до времени не придавали особого значения, несмотря даже на то, что их твердыми сторонниками выступали также влиятельные военные деятели: генералы Дуайт Эйзенхауэр, Колин Пауэлл, члены конгресса: Барри Голдуотер, Билл Николсон и другие. И лишь война в зоне Персидского залива в 1991 году окончательно подвигла Запад к принятию мер в области реструктуризации ВС на путях "межвидового объединения". Так, бывший первый заместитель начальника штаба обороны Канады вице-адмирал Гэри Л. Гарнетт подчеркивает, что "в отличие от комфортного и всесторонне обеспеченного пребывания в Европе разновидовые формирования союзников в зоне Залива, в том числе канадские (авиаэкскадрилья, артиллерийские подразделения, полевой госпиталь, морская оперативная группа), столкнулись с проблемой абсолютного отсутствия подготовленных штабных структур, которые могли бы централизованно управлять ими". Положение, по словам вице-адмирала, усугублялось тем, что не было ни официальных теоретических разработок, ни уставов и наставлений на этот счет, чтобы быстро исправить положение.

Так, одним из уроков того конфликта, вынесенным в том числе и канадцами, была настоятельная необходимость формирования нечто подобного объединенному (межвидовому) штабу для руководства такими группировками войск и, соответственно, первоначальной разработки "объединенной доктрины". Но, пожалуй, самым существенным уроком стало осознание канадским военно-политическим истеблишментом необходимости отказа от односторонней всеобъемлющей ориентации в военном строительстве на одну страну (сначала - на Великобританию, а затем - на США). "Война в Заливе разбудила канадских военных", - отметил один из самых влиятельных военно-политических аналитиков Канады профессор Джоел Сокольски. Другой известный канадский политолог доктор Росс Грэхэм делает более категоричный вывод: "Теперь политика Канады в области обороны начала формироваться не в Вашингтоне или Брюсселе, а в Оттаве". Однако ради справедливости следует отметить, что аналогичным путем реформирования своих ВС идут и другие страны НАТО, включая США и Великобританию.

Действительно, вопросам "объединенности" в Канаде ранее уделялось явно недостаточно внимания, свидетельствует Гарнетт. Даже в опубликованном в 1987 году программном документе развития вооруженных сил страны - "Белой книге по вопросам обороны" не только не делался акцент на необходимость развития этого, ставшего для большинства аналитиков на Западе весьма актуального и практически безальтернативного процесса, а инициировалось создание сети чисто видовых штабных структур. Особенно в этом преуспели СВ, сформировавшие четыре региональных штаба на территории Канады, штаб 1-й канадской дивизии для руководства размещенными в Европе двумя бригадами и другими подразделениями сухопутных войск, совместное с американцами оперативное формирование (правда, недолго просуществовавшее) и другие.

В начале 90-х годов XX века значительно активизировалась работа по всестороннему анализу сложившегося в видах и ВС в целом положения. В подготовленном в системе МО Канады в 1994 году секретном "Докладе Е3/92" содержался ряд выводов, некоторые из них "просочились" на страницы открытой печати.

В документе напрямую рекомендовалось в сжатые сроки систематизировать терминологический аппарат применительно к "объединенности" и разработать положение о штабе "объединенного оперативного формирования" и его командующем.

На основе указаний данного доклада началась подготовка объединенной (межвидовой) доктрины и "исследование возможностей по формированию единых систем связи и управления войсками".

Параллельно разрабатывалась новая редакция "Белой книги", которая увидела свет в том же 1994 году. Крупным ее недостатком, по мнению канадских аналитиков, стало то, что в ней наряду с общими рассуждениями о необходимости "всеобъемлющей объединенности" практически нет ничего конкретного относительно проведения межвидовых операций. Вместе с тем как весьма позитивная рассматривалась настоятельная рекомендация сократить количество видовых штабов, сконцентрировать все видовые управленческие структуры в столице страны - Оттаве, увеличив их персонал в общей сложности на треть.

Значительный вклад в практическом продвижении "объединенности", полагает бывший первый заместитель начальника штаба обороны вице-адмирал Гарнетт, внесло формирование в 1994-1995 годах специальной Группы управления технологическим реформированием систем боевого управления, наделенной большими правами. Так, по рекомендации этой группы, подкрепленной выводами из Обзорного доклада по военным расходам (1994) и из других аналитических документов, было осуществлено сокращение количества постоянно функционирующих штабов с 17 до 9, командиру и штабу 1-й канадской авиадивизии вменено руководство всеми воздушными операциями, в том числе и в рамках НОРАД, сделаны первые шаги в сторону объединения в одну структуру штабов Атлантического военного округа (СВ) и Командования ВМС на Атлантике.

Следующим по времени крупным мероприятием в направлении реального формирования объединенных ВС канадскими военными специалистами рассматривается проведение, начиная с середины 90-х годов серии, объединенных (межвидовых) учений на обоих побережьях страны. Для упорядочения системы осуществления этих учений в 1995 году был разработан так называемый метод "объединенного процесса оперативного планирования".

Начиная с того же года к данным учениям стали привлекаться наземные и морские компоненты ВС США, а с 1998-го канадские учения были объединены с подобными натовскими - "Юнифайд спирит" с привлечением и других, помимо США, союзников по блоку.

Собравшийся в феврале 1994 года на свое очередное заседание Комитет по вопросам руководства ВС - постоянно действующий консультативный орган при министре обороны - утвердил новую концепцию развития управления и связи, а так же создал рабочую группу под руководством заместителя начальника штаба обороны для претворения этой концепции в жизнь. Одним из первых предложений группы стал проект переформирования штаба 1-й канадской дивизии в структуру, которая бы впоследствии могла руководить объединенными (межвидовыми) операциями. При реформированном штабе дивизии были созданы две секции: военно-воздушная и военно-морская, которые должны были стать базой подготовки командиров и штабных офицеров для объединенных структур управления канадскими ВС. Специальной директивой штаба национальной обороны D3/96 новой объединенной штабной структуре ставилась задача приступить к полноценной работе уже к концу 1996 года. Однако не совсем четко определенная двойная роль этого штаба (одновременно и штаб сухопутного соединения, и объединенный штаб) в значительной степени мешала достичь желаемого эффекта. Поэтому на своем очередном заседании в конце 1997 года Комитет по вопросам руководства ВС принял решение вообще расформировать дивизию, а ее штаб полностью реорганизовать в новый Объединенный штаб.

В течение трехлетнего периода после указанного решения была проведена большая практическая работа по формированию качественно новых подразделений, частей и структур. Так, был сформирован 1-й объединенный полк связи, в штабе национальной обороны создано управление объединенных возможностей и самое существенное - с 1 июня 2001 года официально стал функционировать штаб Объединенной оперативной группы (ООГ). В ее задачи, помимо прочего, вменялось быстрое развертывание на любом ТВД, участие в боевых и иных действиях во всем спектре конфликта до подхода главных сил и т. д. После того как первое боевое объединенное формирование стало реальностью, упомянутый комитет поставил задачу создать объединенную структуру тылового обеспечения. И уже в 2001 году началось укомплектование штаба этой новой структуры, получившей название "объединенная группа обеспечения", личным составом с таким расчетом, чтобы к 2003-му обе объединенные группы были полностью боеготовы.

Осуществляя практические мероприятия по реализации "объединенности", руководство министерства национальной обороны Канады совместно со штабом национальной обороны параллельно разрабатывали новую, долгосрочную военную стратегию, которая была опубликована в 1999 году под названием "Формирование облика перспективных ВС Канады: стратегия-2020". Ключевыми элементами данного документа являются мероприятия межвидового взаимодействия и связанные с ним конкретные аспекты управления войсками. В новой стратегии сделаны акценты на проведении объединенных и совместных (с союзниками) операций, осуществлении программы объединенных экспериментов - исследовательские учения, дальнейшая работа над объединенной доктриной и увязанными с ней видовыми концепциями, учет всестороннего опыта государств, уже реализующих концепцию "объединенности", прежде всего США, и другие. В том же 1999 году для упорядочения расходования ресурсов на реализацию "объединенности" на долгосрочную перспективу, в том числе в области освоения космоса "в целях обороны", защиты от оружия массового поражения и другого, была сформирована по опыту США еще одна управляющая структура - Совет по определению объединенных потребностей. Текущей работой Совета руководит первый заместитель начальника штаба обороны. В том случае, если на повестку выносятся вопросы принципиального характера, такие, например, как выделение средств на приобретение новых видов ВВТ, в качестве руководителей этого органа могут выступать и начальник штаба национальной обороны, и заместитель министра.

Реализуя положения новой стратегии в практическом разрезе, опять же по опыту США, в рамках канадских ВС в 2001 году был создан специальный Центр проведения экспериментов, который уже в следующем году начал функционировать в полную силу, оказывая содействие высшим инстанциям канадских ВС в создании новых технологий, а также концепций и доктрин. В том же году был разработан и опубликован один из главных документов на нынешнем этапе развития военной машины страны - "Перечень объединенных задач ВС Канады", в котором среди прочего четко указывается, что "аппарат заместителя начальника штаба национальной обороны играет ключевую роль в практической реализации "объединенности" как на стратегическом, так и тактическом уровнях". Причем впервые частично рассекреченные и опубликованные "Указания министра обороны по оборонному планированию - 2001" самым тесным образом были увязаны с упомянутым "Перечнем".

Разработчики новых структур управления вооруженными силами Канады, естественно, не могли обойти вниманием и реформирование органов военной разведки. В открытой прессе появились сообщения о формировании в стране Объединенного центра видовой разведки и Центра сбора, обработки, анализа и распределения данных всех видов разведки, функционирующих в интересах ВС Канады в целом.

Такое повышенное внимание к процессу "объединенности" в последние годы не могло не найти своего отражения в оборонном бюджете. Судя по открытым источникам информации, целевые ассигнования только на проведение "объединенных операций" возросли с 762 млн долларов США в 1998-1999 финансовом году до 1 008,5 млн в 2000-2001-м. Кроме того, руководство страны направило 77 млн долларов США на нужды сформированного специального антитеррористического объединенного (межвидового) оперативного формирования, поставив задачу увеличить к 2006 финансовому году его численность вдвое (до 600 человек личного состава) и оснастить самыми современными ВВТ.

Указанные выше мероприятия в теоретической и практической областях, по мнению канадских исследователей, являются лишь одними из первых, хотя достаточно весомых шагов к достижению цели - обеспечение функционирования вооруженных сил страны как единого целого, то есть достижение реальной "объединенности". Одни высокопоставленные канадских военные, такие, как бывшие первые заместители начальника штаба национальной обороны вице-адмирал Л. Мейсон и генерал-лейтенант Р. Краббе, выступают за формирование качественно новой независимой структуры - Объединенного штаба для руководства объединенными контингентами ВС Канады в зонах конфликтов. Другие предлагают разделить функции ныне существующего штаба на стратегическую и оперативную. При этом первую замкнуть на заместителя НШНО как реального проводника "объединенности" в жизнь.

Руководство же на оперативно-тактическом уровне осуществлять по линии ШНО - Объединенная оперативная группа и объединенные штабы на местах. Есть и другие предложения. Многие военные аналитики, отмечают, что принятая в 1999 году новая стратегия не в полной мере удовлетворяет потребности реформаторов. По словам вице-адмирала Гарнетта, необходим новый оригинальный документ в виде "Дорожной карты", в которой бы были четко, от пункта к пункту указаны реализуемые промежуточные задачи на пути к конечной цели.

Таким образом, в качестве краткого резюме можно констатировать факт последовательной реализации в Канаде концепции "объединенности", другими словами постепенного отхода от англо-саксонской модели военного устройства и приближения к модели централизованного ("генштабовского") руководства или управления вооруженными силами страны, то есть движения по тому же пути, которым следуют и другие государства Запада.

1 Подробнее об этих проблемах см.: "Зарубежное военное обозрение", No 3, 2003, Печуров С. Л. "На пути централизации военного руководства Великобритании".

2 Подробнее об особенностях решения проблем управления военной машиной США см.: "Зарубежное военное обозрение", No 1, 2002, Печуров С. Л. "Объединенность в системе управления ВС США".

Зарубежное военное обозрение 2003 №10, С. 16-22

Всего комментариев: 0
avatar