Арктика - регион столкновения национальных интересов зарубежных стран (2016)

Полковник И. Светлов

Арктика в перспективе может стать ключевым источником энергоресурсов планеты. По данным ООН, только разведанные запасы нефти этого региона составляют 100 млрд т и газа - 50 трлн м3. Всего же, по данным ученых, запасы природного газа в Арктике приближаются к 1 550 трлн м3. При этом большая часть неразведанных залежей нефти сосредоточена вблизи берегов Аляски, а природного газа - у берегов России. Помимо этого, полярные широты богаты залежами алмазов, золота, платины, олова, марганца, никеля и свинца. Арктический шельф РФ, согласно подсчетам ученых Всероссийского научно-исследовательского института геологии и минеральных ресурсов Мирового океана имени академиками. Грамберга, составляет пятую часть общемирового шельфа, площадь которого равна 6,5 млн км2.

Существенные перемены в плане геополитической заинтересованности стран в освоении Арктики происходят и в связи с климатическими изменениями в регионе. Так, начиная с 1970-х годов ученые зафиксировали сокращение толщины арктических льдов. В целом же на сегодняшний день регион потерял около 22 % своего ледяного покрова. По прогнозам, уже к концу нынешнего десятилетия Арктика может лишиться значительной части своего ледяного панциря и богатые минеральными ресурсами арктические шельфы станут более доступными для разработки.

Арктический шельф России составляет пятую часть общемирового шельфа, площадь которого равна 6,5 млн км2

Не следует также забывать о широких транспортных возможностях региона. Ключевую роль здесь играет освоение Северного морского пути (СМП), который находится под контролем Российской Федерации. Он вдвое короче традиционного маршрута через Суэцкий канал и поэтому становится самой короткой трассой из Европы в Америку и Азию с возможностью транспортировки нефти и газа с арктических месторождений. Именно по этой причине Северный морской путь может стать главной арктической магистралью международного значения, что приведет к изменению всей структуры мировой торговли.

В настоящее время арктические территории регулируются Конвенцией ООН по морскому праву от 1982 года, которая предоставляет прибрежным государствам право на контроль над континентальным морским шельфом (морское дно и недра подводных районов, находящиеся за пределами территориальных вод государства). Согласно ст. 76 этого документа государства, имеющие выход к Ледовитому океану, могут объявить своей исключительной экономической зоной территорию, простирающуюся на 200 миль от берега. Она может быть расширена еще на 150 морских миль, если страна докажет, что шельф является продолжением ее сухопутной территории. Более того, в своей экономической зоне прибрежное государство имеет преимущественное право на добычу полезных ископаемых. В этом контексте работа по вопросам уточнения границ континентального шельфа представляется скорее сближающим, чем разделяющим арктические государства фактором.

До 1982 года вся Арктика делилась лишь между пятью государствами -СССР, Норвегией, Данией, США и Канадой - на секторы, вершинами которых был Северный полюс, основаниями служили обращенные к полюсу северные границы этих государств, а боковыми сторонами - географические долготы. Однако это деление утратило силу после ратификации вышеуказанной Конвенции ООН.

С арктической зоной граничат Российская Федерация, США, Канада, Норвегия и Дания. Соответственно, они обладают естественным правом на использование высокоширотных территорий. Часть территорий еще трех стран - Исландии, Швеции и Финляндии - находится за Полярным кругом. Они считаются приарктическими, однако не имеют выхода к Северному полюсу. Арктический совет - международная организация, созданная в 1996 году и объединившая восемь стран (Россия, США, Канада, Дания, Норвегия, Финляндия, Швеция, Исландия), определила главную геополитическую роль этих субъектов в арктическом вопросе.

Кроме того, интерес к северному региону проявляют свыше двух десятков далеких от него стран. Среди них не только государства, непосредственно выходящие своими границами к Северному Ледовитому океану, но и те, которые находятся вне территориальных вод (Великобритания, Китай, Бразилия, Индия, Япония, Южная Корея, Таиланд, Малайзия и др.).

Рост потребностей мировой экономики в энергоресурсах, и в первую очередь в нефти и природном газе, обусловил активную разработку рядом стран новых стратегий продвижения своих национальных интересов в арктической зоне. Они распространяются на все ключевые сферы внешнеполитического регулирования - от научных исследований и мирного освоения арктических вод до широкомасштабных военных мероприятий в Северном Ледовитом океане.

США. В настоящее время Вашингтон уделяет повышенное внимание перспективам освоения Арктики, стремясь занять доминирующие позиции в этом регионе. С одной стороны, предусматривается усиление в нем политической, экономической и военной активности США, с другой - поиск возможностей для оказания решающего влияния на деятельность других государств за Полярным кругом.

Несмотря на то что Вашингтон не ратифицировал Конвенцию ООН по морскому праву, он соблюдает все положения документа, поскольку считает его неотъемлемой частью традиционного международного права. Все участники Конвенции, в том числе и США, признают, что территория каждой страны может являться продолжением арктического шельфа, на который у Соединенных Штатов также есть обоснованные претензии.

В настоящее время позиция Белого дома по делимитации (разграничению) границ арктического шельфа характеризуется следующим образом: США не принимают ни один из вариантов определения границ арктического шельфа, предлагаемых сегодня приполярными государствами. Американское руководство рассчитывает на территорию, простирающуюся на 600 морских миль (965 км) от Аляски к полюсу. При этом, как полагают в Белом доме, на самом Северном полюсе высвободится "нейтральная территория" площадью около 3 млн км2, где обладать природными ресурсами смогут все субъекты международных отношений. Одновременно Вашингтон негативно относятся к попыткам РФ добиться расширения своего участка шельфа за счет включения в него подводных хребтов Ломоносова и Менделеева.

Пересмотр интересов и политики США в Арктике начался в XXI веке, а пик активности пришелся на период президентства Б. Обамы. В январе 2009 года он подписал директиву по арктической политике Соединенных Штатов, где впервые были системно изложены национальные интересы страны в регионе, а также определены принципы арктической стратегии. В документе подчеркивается "долгосрочная роль" региона в процессе реализации национальных интересов США, в частности энергетические и экономические выгоды от освоения арктической энергоресурсной базы.

В рамках этой политики Б. Обама предложил к 2020 году приобрести новый ледокол стоимостью 1 млрд долларов (в настоящее время США располагают двумя ледоколами тяжелого класса и двумя - среднего). По мнению американских экспертов, покупка корабля такого типа также необходима в связи с неравенством между российским и американским ледокольным флотом.

В условиях жесткой конфронтации с Москвой Вашингтон активно использует тезис о том, что российские правила эксплуатации Северного морского пути якобы противоречат международному морскому праву, в частности принципу свободы судоходства. Белый дом выражает обеспокоенность введением Россией разрешительного порядка плавания иностранных судов по Северному морскому пути и продолжает продвигать на международном уровне идею об интернационализации СМП. Кроме того, Соединенные Штаты используют расширение деятельности РФ по освоению приполярных территорий, чтобы обосновывать необходимость защиты национальных интересов "возрастанием российской военной угрозы в регионе".

На современном этапе базовым документом политики американской администрации в Арктике стала принятая в мае 2013 года Национальная арктическая стратегия США, которая наряду с серией последующих уточняющих документов детализировала ключевые положения директивы 2009 года. Она включает в себя военно-стратегические интересы Вашингтона (ПРО и ранее предупреждение, развертывание наземных и морских средств для стратегической переброски войск в Заполярье, стратегическое сдерживание и т. п.), интересы внутренней безопасности (предупреждение террористических атак или других преступных действий в этой зоне), а также политико-экономическую заинтересованность в данном регионе.

Наряду с этим Вашингтон проводит кампанию, направленную на дискредитацию действий России и Канады в Арктике в глазах американского и международного сообщества. Для продвижения в данном регионе собственных интересов планируется задействовать американские и транснациональные нефтяные и газовые компании, претендующие на ведение там экономической деятельности, а также международные экологические организации и другие структуры. В связи с этим в Белом доме оценивают возможные пути обеспечения лидирующей роли США в регионе, а также меры по ограничению подобных преимуществ у государств-конкурентов.

Экологическая тематика также относится к ключевым аспектом арктической политики Вашингтона. Американские специалисты уже сегодня ведут информационную войну с вбрасыванием в СМИ различных сценариев нарушения приполярными странами стандартов использования окружающей среды.

Канада. В июне 2000 года руководство страны провозгласило новую со времен "холодной войны" внешнюю политику по всем вопросам международного сотрудничества в Арктике. Ее базовые принципы, изложенные в специальном заявлении МИД Канады, адресованы в том числе властям Дании, Исландии, Норвегии, Швеции, Финляндии, а также России и США.

В заявлении отмечается, что отныне канадский МИД берет под контроль всю деятельность страны в высоких широтах. Согласно документу "мощный информационный импульс высветил огромное значение Арктического региона как мировой арены взаимодействия и кооперации".

В настоящий момент основным органом Канады, ответственным за выработку и реализацию интересов страны в Заполярье, является Федеральный совет по Арктике. Его председателю предоставлены полномочия премьер-министра при решении соответствующих вопросов. Все нефте- и газодобывающие, научно-исследовательские, а также военные структуры, привлекаемые к их реализации, подотчетны этому органу.

Руководство Канады нацелено на значительное усиление своих позиций в регионе уже в ближайшем будущем. Это планируется сделать за счет поэтапной реализации "Генеральной программы канадской политики в Арктике и на Крайнем Севере", которая стала итогом работы Федерального совета в 2005 и 2006 годах.

Руководство страны намерено решить поставленную задачу также путем участия в проектах, ставящих своей целью расширение экономических шельфовых зон прибрежных стран в Арктике. Особая роль при этом отводится национальной военной составляющей в регионе, выступающей в качестве гаранта стабильности и зашиты интересов Оттавы.

С учетом сложившейся обстановки углубляются противоречия между Канадой и США в этой зоне. Так, в 1997 году Оттава объявила проливы между своими северными островами (Северо-Западный проход) "территориальными водами", с чем не согласился Вашингтон, настаивающий на присвоении им статуса международных вод. Разногласия привели к дипломатическому конфликту. В результате в качестве аргументов в пользу своей точки зрения на проблему проливов Оттава приводит демонстрационные военные учения в Арктике и патрулирование отдаленных арктических территорий силами резервистов. Цель канадского руководства - не только усилить контроль над своей территорией, но и обеспечить устойчивые позиции на будущих переговорах о Северо-Западном проходе - стратегически важном морском пути из Европы в Азию вдоль северного побережья Канады.

Кроме споров относительно Северо-Западного прохода не урегулированы разногласия и по поводу границы между американской Аляской и канадской провинцией Юкон. Между странами возможна эскалация противоречий, с учетом того что в данном районе залегают нефтеносные пласты.

По взглядам канадского руководства, для надежного обеспечения национальных интересов в Арктике государство должно обладать акваторией между Северным полюсом и своим арктическим архипелагом. Об этом, в частности, свидетельствуют географические карты страны, где обозначены северные границы, проходящие как продолжение между Аляской и Юконом на западе, а также между канадским островом Элсмир и Гренландией на востоке, и встречающиеся на Северном полюсе. Для утверждения выработанной концепции на международном уровне Оттава предлагает и соответствующий подход к делимитации границ арктического шельфа.

Характеризуя этот подход, необходимо отметить, что Канада придерживается варианта "секторного" раздела - границы проходят от оконечностей национальных территорий прямо по меридианам до самого полюса. Арктика в таком случае делится, словно макушка сферы, на неравные части. При этом Россия получает крупнейшую часть (около 5,8 млн км2), далее идут Канада, Дания, Норвегия и только затем США.

Заявляя свои права на шельф, Оттава, вместе с тем, утверждает, что она позволит судам других государств беспрепятственно следовать в отмеченных водах при условии предварительного направления заинтересованной стороной запроса и получении от Канады соответствующего разрешения. Данные условия, согласно заявлениям официального представителя кабинета министров, будут "обязательными и распространяться на всех участников международных отношений".

У Канады сохраняются территориальные претензии и к Дании. Уже более 30 лет оба государства не могут договориться о принадлежности необитаемого о. Ханс, который позволяет контролировать Северо-Западный проход. По оценкам канадских специалистов, речь идет не о земле (ее площадь всего 950 м2), а прежде всего о ресурсах, залегающих в прилежащей к острову акватории.

При этом Оттава наравне с Копенгагеном стремится доказать, что хребет Ломоносова (на него претендует также и Россия) состыкован с канадским островом Элсмир и датской Гренландией. С этой целью указанные страны организуют комплексные научно-исследовательские экспедиции в район Гренландского моря, в ходе которых изучаются рельеф морского дна и пробы грунта.

Норвегия выступает своего рода проводником интересов стран Западной Европы и США в Арктике. Как следствие, внешняя политика государства в регионе характеризуется жесткой позицией относительно вырабатываемых другими прибрежными арктическими государствами механизмов возможных вариантов использования недр и акватории высоких широт.

На протяжении последнего десятилетия Осло разрабатывает соответствующие концептуальные программы защиты национальных интересов в регионе с обязательной привязкой их к интересам коллективной безопасности в рамках Североатлантического союза.

Примечателен и тот факт, что Норвегия одной из первых ратифицировала Конвенцию ООН по морскому праву в 1996 году, а в 2006-м подала заявку в Комиссию ООН о границах континентального шельфа с требованием расширения границ своей экономической зоны в трех районах Арктики - в Северном Ледовитом океане, Баренцевом и Норвежском морях.

В декабре 2006 года в стране была принята так называемая стратегия развития северных регионов. В качестве главной цели в ней заявлено обеспечение устойчивого роста и развития этих регионов путем укрепления международного сотрудничества в области использования природных ресурсов, управления окружающей средой и в ходе проведения научных исследований.

Однако, несмотря на вполне мирный характер этих задач, Осло посредством реализации данной стратегии планирует извлечь максимум экономических и военно-политических преимуществ. Для этого руководство страны намерено предпринять ряд мер, направленных на развитие международных связей с соседями по региону, а также промышленности в северной части страны, укрепление экономического сотрудничества с Россией, поддержку науки и образования, совершенствование национальных вооруженных сил.

Как и США, Норвегию не устраивает делимитация границ арктического шельфа по "секторному" принципу. Военно-политическое руководство страны считает справедливым раздел по срединной линии, когда граница раздела проходит на равном удалении от береговых линий государств. При таком разделе в районе Баренцева моря образуется "свободная" акватория площадью 175 тыс. км2, где имеются большие по своим запасам газовые месторождения (близ н. п. Штокман). Эту территорию и пытается присоединить к себе Осло, зарезервировав национальное право на дальнейшее ее расширение на более позднем этапе.

Дания на сегодняшний день придерживается политики нейтралитета по отношению к соседним по региону государствам, являясь наиболее лояльным участником "арктического спора". На ее национальные интересы в Арктике в целом влияют как внешние, так и внутриполитические факторы, заставляющие руководство страны проявлять гибкость и вариативность в решении территориальных вопросов.

При этом Копенгаген предпринимает активные действия по закреплению за собой арктических территорий. Ратифицировав в 2004 году Конвенцию ООН по морскому праву, Дания сразу же на основании ст. 76 указанного документа заявила в Комиссию ООН по границам шельфа свои права на установление юрисдикции в пяти шельфовых районах, находящихся за пределами 200-мильных экономических зон Гренландии и Фарерских о-вов.

Наиболее важным в плане прогнозируемых запасов углеводородного сырья и наиболее спорным в международно-правовом отношении остается хребет Ломоносова (как возможное продолжение шельфа Гренландии). Таким образом, Дания приняла на себя обязательство в течение десяти лет представить научные доказательства обоснованности своих территориальных претензий, которые" должны включать геодезические, батиметрические, геофизические и геологические данные. С этой целью национальной геологической службе поручено разработать ряд проектов с обоснованием в них не только научно-исследовательских, но и нормативно-правовых, социально-экономических и других положений.

Говоря о территориальных спорах, следует отметить, что Дания, как и Норвегия, настаивает на варианте "срединной линии" и предлагает размежевать Арктику по границам, проходящим на равном расстоянии от побережий претендующих стран. Поскольку Гренландия находится ближе всего к полюсу, то при датском варианте он целиком отойдет к ней. В результате Дания получит территорию, почти равную канадской (1,55 млн км2), а Россия, напротив, потеряет около 1,8 млн км2.

Однако тот факт, что Копенгаген достаточно быстро отказался от своих претензий, может иметь под собой веское основание. Причиной такого шага является все тот же "камень преткновения" датской внутренней политики - независимость о. Гренландия. Не последнюю роль в этом играет и Вашингтон, рассматривающий ее независимость как ключ к своей собственной арктической экспансии. Однако без получения парламентом Гренландии права самостоятельно разрабатывать близлежащие ресурсы континентального шельфа она не представляет для США стратегического интереса. Исхода из этого, стремясь удержать Гренландию в своей орбите, Дания приостановила исследования в районе хребта Ломоносова.

Вместе с тем полностью устраняться от арктического раздела территорий Копенгаген не намерен. Помимо вопроса о правах на хребет Ломоносова у страны имеются нерешенные споры по другим территориям. В частности, к их числу относится противостояние Дании и Канады за о. Ханс, а также другие неразрешенные территориальные проблемы.

Ведущие государства Евросоюза (Великобритания, Франция, Германия) не имеют возможности участвовать в прямом территориальном разделе Арктики, однако намерены активно включиться в процесс освоения природных кладовых "шапки планеты". В качестве приоритетного партнера в освоении природных богатств за Полярным кругом европейские страны намерены рассматривать то государство, которое получит наиболее обширные территории и, следовательно, будет иметь самые прочные геополитические и экономические позиции в Арктике.

Среди ведущих азиатских стран особую заинтересованность к Арктике проявляет Китай, который испытывает острую нехватку энергетических ресурсов. Однако в отличие от европейских государств КНР не намерена усугублять обстановку в регионе своими притязаниями и рассматривает происходящие там процессы исключительно через призму собственных национальных интересов. Согласно оценкам китайских экспертов, Пекину с точки зрения экономической деятельности будет удобно сотрудничать с любым государством Арктического региона, независимо от того как в конечном итоге будет проведен раздел территорий.

Военно-политические стратегии арктических государств. В настоящее время в борьбе за природные ресурсы планеты четко прослеживается не только экономический, но и военно-политический аспект. В регионе перманентно наращивается военное присутствие государств.

Арктика помимо своего огромного ресурсного потенциала имеет важное военно-стратегическое значение. Здесь находятся удобные позиции для старта БРПЛ и других элементов систем стратегических оборонительных сил. ВМС арктических государств благодаря глобальному потеплению и постепенному сокращению площади льдов получают возможность действовать в полярных широтах в течение значительной части года.

Для руководства США Арктика представляется прежде всего "новым стратегическим полем сражений", где должна усиливаться военная активность стран НАТО "по мере таяния арктических льдов". В подтверждение этого в регионе растут масштабы военных учений, проводимых государствами, входящими в Североатлантический союз. Более того, к ним все чаще стали привлекаться вооруженные силы стран Севера Европы, которые не входят в НАТО, например Швеции и Финляндии. Регулярными в Арктике стали также и совместные военные учения. Так, в мае 2015 года прошли крупнейшие за последние несколько лет маневры "Арктик челлендж эксисайс" (Arctic Challenge Exercise - АСЕ-15) с участием ВВС Великобритании, США, Швейцарии, Германии и Франции.

Организуемые маневры имеют две общие особенности. Во-первых, они проводятся в непосредственной близости от российских рубежей. Во-вторых, эти учения, хотя и организуются "под прикрытием" поисково-спасательных операций и ликвидации последствий природных катастроф, предусматривают отработку ряда иных задач, в том числе по минированию морских акваторий и контролю воздушного пространства. В регионе также усиливаются средства противолодочной обороны натовских государств и отрабатываются задачи проведения десантных операций.

Всеобъемлющий анализ региональной военно-политической обстановки требует учета и других негативных факторов. Речь прежде всего идет о продолжающемся одностороннем развертывании сил и средств ПРО США и их ближайших союзников по НАТО на Европейском континенте с охватом морских пространств вокруг Севера Европы. В частности, были модернизированы две РЛС СПРЯУ США, размещенные в датской Гренландии и на севере Норвегии, которые включены в глобальную американскую систему противоракетной обороны. Эти средства позволяют контролировать практически полностью все приарктические районы Российской Федерации. Документами Агентства ПРО США предусмотрено завершить дополнительные работы по продлению ресурса РЛС "Глобус-2" в Вардё в 2015-2016 годах и размещению других средств ПРО.

Американские ВВС и подлодки, патрулирующие зону Северного Ледовитого океана, помимо ядерного обладают высокоточным оружием в обычном снаряжении, которым в случае развязывания военного конфликта они могут создать угрозу российским МБР и БРПЛ, а также центрам управления и связи.

В то же время создается объединенная база ВС США на Аляске, модернизируются авиабазы Элмендорф и Айельсон, аэродромы Барроу и Ном, разворачиваются система слежения за надводной и подводной обстановкой в Арктических морях, а также новый пункт базирования береговой охраны в н. п. Барроу.

Особое значение придается организации патрулирования воздушного пространства Исландии и прилегающих к ней районов Северной Атлантики силами и средствами ОВВС НАТО, несения боевой службы в регионе американскими и британскими атомными подводными лодками, а также полетам самолетов стратегической авиации США.

Руководство Канады тоже предпринимает "всеобъемлющие усилия по защите своих территориальных прав" в Арктике и уже сейчас проводит "демонстративное" эскортирование кораблей и судов любой национальной принадлежности (особенно США) в районе Северо-Западного прохода.

Однако сегодня Оттава не обладает военно-морскими силами, оснащенными всем необходимым для действий в арктических льдах и способными решать поставленные перед ними задачи. Именно поэтому для патрулирования северных территорий военное руководство страны предпочитает период с июня по август, тогда как к зиме оно прекращается.

Согласно заявлению министра обороны страны Харджита Сингха Саджана, "защита северных границ остается для Канады ключевым приоритетом в сфере безопасности. Военное ведомство и национальные вооруженные силы взяли на себя обязательства по защите нашего суверенитета в Арктике, и отработка различных сценариев в ходе учений продемонстрировала видимое присутствие Канады на Севере".

Военное руководство Норвегии делает ставку на развитие высокомобильных, ориентированных на действия в условиях Арктики военно-морских сил, что позволит стране обеспечить противостояние новым угрозам в полярных широтах. ВМС рассматриваются Осло как главный военно-силовой инструмент, на который в случае возникновения конфликтных ситуаций в регионе будет опираться командование. С этой целью руководство страны приняло дорогостоящую программу развития ВМС, предусматривающую наряду с поступлением на вооружение новых боевых кораблей ледового класса профессиональную подготовку личного состава этого вида ВС в военных учебных заведениях и базах США.

Таким образам, направленность внешней политики зарубежных стран в Арктике свидетельствует об их стремлении обеспечить свои экономические и военно-политические интересы посредством наращивания военной активности на Севере, что может превратить этот регион в очередной очаг напряженности. В свою очередь, Российская Федерация последовательно выступает за компромиссное урегулирование территориальных споров и мирное освоение Арктического региона.

Зарубежное военное обозрение. 2016, №5, С. 3-11

Всего комментариев: 0
avatar