Нарушение Вашингтоном и Лондоном международных договоров о запрещении химического и биологического оружия (2018)

Полковник Л. Маринин

Полное уничтожение химического и биологического оружия остается одной из важнейших задач мирового сообщества в сфере обеспечения международной безопасности. Особую актуальность эта проблема приобретает в современных условиях, когда применение такого оружия может привести к неисчислимым человеческим жертвам или дезинформация об этом используется Соединенными Штатами с целью эскалации конфликта в Сирии и решения своих военно-политических задач в регионе.

Для решения этой проблемы сформирован режим нераспространения оружия массового поражения (ОМП), основными инструментами которого являются: Женевский протокол 1925 года; Конвенция о запрещении химического и биологического оружия (КХО); режимы экспортного контроля; инициативы и резолюции Совета Безопасности ООН. Российская Федерация выступает в качестве активного участника всех вышеперечисленных соглашений и полностью выполняет свои обязательства в сфере нераспространения.

Женевский протокол 1925 года (полное название - Протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств) стал первой действенной попыткой мирового сообщества объявить вне закона использование химического и биологического оружия во время войны. В этом его главное политическое значение, сохраняющее свою актуальность по настоящее время.

Конвенция была открыта для подписания в Париже в 1993 году и вступила в силу в 1997-м. Она запрещает разработку, производство, приобретение,
накопление, сохранение и передачу ХО, определяет порядок декларирования его запасов и их уничтожения, предусматривает меры надзора за этим процессом и состоянием химической промышленности. Каждый ее участник обязался ликвидировать все свои запасы и объекты производства не позднее чем через 15 лет со времени вступления соглашения в силу (к 29 апреля 2012 года).

В Гааге (Нидерланды) в целях осуществления всеобъемлющего контроля за процессом уничтожения химоружия, ликвидацией объектов по его производству и состоянием мировой химической промышленности сформирована международная Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО), основным исполнительным органом которой является технический секретариат, возглавляемый генеральным директором.

За время своего действия КХО стала одним из наиболее эффективных и реально функционирующих разоруженческих механизмов, в рамках которого происходит уничтожение целого класса оружия массового поражения. Участниками Конвенции в настоящее время являются 192 государства. Вне ее правового поля остаются Израиль (подписал, но не ратифицировал), КНДР, Египет и Южный Судан. Россия, имевшая самые крупные запасы ХО в мире, стала полноправным участником КХО 5 декабря 1997 года.

Значимым для укрепления режима КХО событием стало присоединение к нему в сентябре 2013 года Сирийской Арабской Республики. Этот шаг был сделан по инициативе Российской Федерации с целью срыва планов США и их союзников по осуществлению силового вмешательства во внутрисирийский конфликт под предлогом воспрепятствования боевому применению химического оружия официальным Дамаском.

К настоящему времени все имевшиеся в САР химические боеприпасы полностью уничтожены, а соответствующее производственное и снаряжающее оборудование выведено из строя. Бывшие объекты по производству ХО подлежат демонтажу и разрушению. Запасы отравляющих веществ (иприт, бинарные компоненты зарина, веществ ви-икс и ви-эм) утилизированы под контролем специально учрежденной совместной миссии ОЗХО и ООН в нейтральных водах Средиземного моря на борту американского морского транспорта "Кэйп Рэй", а также рядом химических предприятий Великобритании, США, Финляндии и ФРГ.

Реальную обеспокоенность вызывает попадание ХО в руки террористических организаций и его использование в различных конфликтах на территории Ближнего Востока и Северной Африки. В частности, имеющиеся в Ираке хранилища отравляющих веществ (ОВ) в июне 2014 года были захвачены боевиками террористической группировки "Исламское государство Ирака и Леванта" (запрещена в РФ), угроза аналогичного развития ситуации существует в Ливии, где еще сохранились большие запасы ОВ. В указанных странах, а также в Сирии различные экстремистские группировки неоднократно применяли против правительственных войск и мирных жителей такие токсичные химикаты, как зарин, фосген и хлор, что привело к значительному числу жертв.

В Сирии же, по различным данным, ХО с 2013 года применялось минимум 19 раз. Распылялись зарин и иприт, хлор, сбрасывались фосфорные бомбы. Почти все мировые СМИ в использовании химического оружия обвиняют нынешний режим в Сирии с целью устранения Б. Асада от власти. Однако известно, что ХО у официального Дамаска нет, а утверждения о последнем его применении против мирного населения в апреле с. г. в г. Дума в Восточной Гуте являются откровенной дезинформацией.

В пользу этого говорит то, что Б. Асад заявил о возможности препроводить в этот район инспекцию ОЗХО, а также отсутствие каких-либо следов газовой атаки и пострадавших от химического оружия в окрестных госпиталях. Однако, не дождавшись ее приезда США, Великобритания и Франция, грубо нарушив нормы международного права и без соответствующей резолюции ООН, подвергли Сирию ракетным ударам.

Следует отметить, что процесс полного химического разоружения по-прежнему не завершен и в Соединенных Штатах. Так, Пентагон рассчитывает сделать это только в конце 2023 года, а согласно Конвенции от 1997 года ХО должно быть уничтожено не позднее чем через десять лет после ее вступления в силу.

Крупнейшими странами по объему задекларированного химоружия были Россия (около 40 тыс. т) и США (31,5 тыс. т). В РФ последний боеприпас был уничтожен 27 сентября 2017 года, и инспекторы ОЗХО подтвердили, что Москва полностью выполнила взятые на себя обязательства.

Пентагон же несколько раз сдвигал сроки завершения программы ликвидации своего арсенала отравляющих веществ. По состоянию на 2012 год, по данным американского управления по химоружию, из заявленных запасов в объеме почти 31,1 тыс. т оставалось утилизировать 2,6 тыс. т иприта на складе близ г. Пуэбло (штат Колорадо) и 523 т нервно-паралитических ОВ на складе в окрестностях г. Ричмонд (штат Кентукки). Сообщалось, что задержки были вызваны технологическими проблемами, бюрократическими проволочками, протестами экологов и отсутствием денежных средств.

В этой связи особенно цинично выглядят обвинения США в использовании Россией в Великобритании против Скрипалей ХО, которое, как известно, до настоящего времени находится в арсенале Пентагона.

Конвенция о запрещении биологического и токсинного оружия (КБТО) вступила в силу в 1975 году, став первым в истории международным соглашением, полностью и безоговорочно поставившим вне закона один из видов ОМП.

Документ запрещает разработку, производство и накопление микробиологических агентов и токсинов в количествах, которые предназначены для использования в мирных целях, а также оружия, оборудования и средств доставки, необходимых для применения таких агентов во враждебных целях.

Важнейшей проблемой КБТО является объективно недостаточная степень ее универсальности (то есть масштабы охвата ею стран мира). По состоянию на 1 ноября 2014 года участниками соглашения являются 170 государств. Вне правового поля Конвенции остаются ведущие ближневосточные страны - Израиль, Египет и Сирия.

На эффективность реализации требований КБТО негативное влияние оказывают постоянное увеличение числа сомнительных с позиции Конвенции научных исследований по так называемой защитной тематике, неработоспособность существующих режимов экспортного контроля в отношении достижений биотехнологии, а также неограниченное развитие соответствующей лабораторной базы, повышающее общую доступность болезнетворных микроорганизмов, в том числе для лиц, преследующих криминальные цели.

Усилению указанных факторов способствует реализуемый в последнее десятилетие администрацией США курс на беспрецедентное наращивание масштабов собственных биологических программ военной направленности. Так, в период с 2001 по 2014 финансовый год на эти цели было выделено более 80 млрд долларов.

Проводимая Пентагоном в этой области работа указывает, по меньшей мере, на возможность получения новых видов биологических поражающих веществ с заранее заданными свойствами. Особенно сомнительными выглядят оправдываемые необходимостью борьбы с терроризмом исследования по так называемой оценке угрозы. Они предполагают не только традиционное для защитной тематики изучение поражающего действия известных ОВ, но и создание новых, в том числе генетически измененных, их разновидностей для использования террористическими организациями.

Отказ Вашингтона от завершения работы по формированию контрольного механизма КБТО в 2001 году (в период президентства Дж. Буша) был многократно подтвержден и администрацией Б. Обамы. Характерными чертами этого подхода стали: настойчивое принижение роли Конвенции в вопросе поддержания международной безопасности; вольные, устраивающие только США трактовки ее положений; попытки подмены альтернативными документами, а также упорное стремление обеспечить себе право самостоятельно решать вопрос о соблюдении КБТО не дружественными Белому дому государствами.

Нарушение Соединенными Штатами Конвенции носит глубокий характер. По сведениям американской прессы, имели случаи рассылки спор сибирской язвы в десятки лабораторий по всему миру, а 27 мая 2015 года Пентагон сообщил, что случайно разослал образцы живых спор этого заболевания под видом дезактивированного патогенного материала в лаборатории, расположенные в девяти американских штатах, на крупнейшую в Южной Корее базу ВВС США Осан, а также в Австралию и Канаду. Впоследствии число штатов, получивших образцы, увеличилось до 19, а лабораторий - до 66.

В реализации американских планов большое значение придается установлению Пентагоном контроля за микробиологической и биотехнологической промышленностью стран бывшего СССР, санитарно-эпидемиологической обстановкой в этих государствах и содержанием проводимых там работ с патогенными микроорганизмами. Главными партнерами США в этом вопросе выступают Грузия и Украина.

Так, в пригороде Тбилиси американцами построен и функционирует в условиях повышенной секретности специальный микробиологический лабораторный комплекс с высоким уровнем биологической безопасности, получивший обозначение Центр общественного здравоохранения имени Р. Лугара.

На Украине Пентагон осуществил в своих интересах полную модернизацию лабораторной базы таких крупных научных учреждений, как Центр по контролю и мониторингу заболеваний в Киеве, Научно-исследовательский противочумный институт в Одессе, Научно-исследовательский институт эпидемиологии и гигиены во Львове, реконструировал различные биообъекты в городах Винница, Днепропетровск, Одесса, Тернополь, Ужгород и Херсон.

Вместе с тем основными угрозами режиму нераспространения химического и биологического оружия в настоящее время являются возможное их использование в террористических целях, а также скрытное проведение рядом стран, и прежде всего США, работ по созданию подобного оружия под легендой "мирных" научных исследований.

Военно-биологическая деятельность США вызывает особую подозрительность своей активностью. Еще 11 июня 2015 года МИД России в своем заявлении обратил внимание мировой общественности на размещение Пентагоном своих медико-биологических лабораторий в непосредственной близости от российских границ. При этом отмечалось, что подобная деятельность "ведется на фоне очевидной незаинтересованности администрации США в укреплении данной Конвенции как инструмента обеспечения коллективной безопасности".

Таким образом, несмотря на значительные успехи мирового сообщества, достигнутые в реализации КХО, процесс химического разоружения по-прежнему далек от своего завершения. Нестабильная обстановка в Ираке и Ливии, значительные запасы ХО и технические проблемы в США, трудности поиска, извлечения и идентификации старых и оставленных химических боеприпасов обусловливают перспективы их уничтожения по меньшей мере до начала 2030-х годов.

Зарубежное военное обозрение. 2018, №6 С. 30-33

Всего комментариев: 0
avatar