"Новая дедовщина" в польской армии (2003)

Полковник В. Нестёркин

В армиях большинства стран встречается такое негативное явление, как неуставные отношения, или "дедовщина". Оно имеет место и в Войске Польском, хотя конфликты между старослужащими и новобранцами раньше, как правило, не выходили за рамки допустимого. Самые вопиющие из них ограничивались нанесением телесных повреждений различной степени тяжести, большей частью легкой и средней. Случаи дезертирства, самоубийства или убийства на почве неуставных отношений в последние годы в польской армии отмечались крайне редко.

Однако в последнее время военные руководители проявляют сильную озабоченность, ибо на смену "традиционным" неуставным отношениям постепенно приходит "дедовщина нового типа", гораздо более опасная не только для вооруженных сил, но и для страны в целом. Суть проблемы в том, что происходит постепенная криминализация армии, проникновение в ее структуры преступных группировок с "гражданки", вовлечение в противозаконную деятельность сотен и даже тысяч солдат и офицеров. Главное уже не в том, что старослужащие "деды" действуют вопреки уставу и навязывают свою волю новичкам, а в том, что криминальные "авторитеты" преследуют тех военнослужащих, которые отказываются от сотрудничества с ними.

"В прошлом молодые люди чаше всего старались избежать военной службы.

Теперь многие добровольно стремятся в армию, поскольку видят в ней возможность заняться выгодной противозаконной деятельностью", - так прокомментировала наметившуюся тенденцию заместитель председателя комиссии по делам обороны польского Сейма И. Шераковска. По данным призывных комиссий, в настоящее время каждый пятый призывник до военной службы уже успел побывать под следствием, а каждый десятый отбыл некоторый срок в исправительном учреждении.

С "дедовщиной" в армейских казармах призвана бороться военная жандармерия.

Ее сотрудники принимают анонимные звонки пострадавших или их родителей, заводят уголовные дела и при необходимости передают их в суд. Но сейчас ситуация иная. Начальник военной жандармерии Войска Польского Е. Славиньский признает, что для его подчиненных не является секретом факт, когда уже в течение нескольких лет преступные группировки страны "специально засылают в армию своих людей". Во время службы молодые бандиты не только осваивают оружие, но и развертывают в своих подразделениях торговлю наркотиками, создают преступные группы из числа сослуживцев, снабжают своих гражданских "сотоварищей" оружием, взрывчатыми веществами и военным снаряжением.

Проведенный армейскими социологами анализ показывает, что регулярно наркотики употребляют около 40 % польских военнослужащих. Принимая во внимание регулярность призывов, специалисты подчеркивают, что военные торговцы наркотиками имеют каждый год в Войске Польском примерно 100 тыс. потенциальных клиентов. Специалисты также называют наиболее распространенные в казармах виды "белой смерти" - амфетамины, ЛСД, марихуана. Несмотря на то, что командиры многих частей стараются не афишировать случаи наркозависимости среди своих подчиненных, цифры говорят сами за себя: в 1998 году в польской армии было отмечено лишь семь случаев употребления солдатами наркотиков, 2000-м - 39, в 2002-м - уже 258 (на начало 2003 года регулярные вооруженные силы насчитывали 163 тыс. человек, включая солдат, офицеров, гражданских служащих).

Польские воинские части (так же как и элементы городской инфраструктуры - рынки, магазины, торговые точки, мелкий бизнес) поделены криминальными группировками на зоны влияния.
Например, распространением наркотиков занимаются в основном военнослужащие восточных воеводств, солдаты столичного региона специализируются главным образом на поставках преступному миру оружия и взрывчатых веществ. Среди последних ставших достоянием общественности случаев называют кражу партии взрывчатки с военных складов в г. Демблин и 75 пистолетов из воинской части в одном из варшавских районов. При этом, если военнослужащих, совершивших первое преступление, удалось задержать, то во втором случае - похитители пока на свободе. Имеют место факты, когда солдаты воруют из подразделений горючее, которое затем сбывают частным владельцам автотранспорта, а на территориях воинских частей прячут угнанные автомобили.

Эксперты отмечают, что криминальные дельцы ухитряются использовать Войско Польское как удобное место для того, чтобы укрыться от гражданской полиции. Показательными примерами в этом отношении являются дела: одного из поручиков, который сколотил банду из 70 человек, военнослужащих подразделения морской пехоты, которые регулярно отправлялись в южные районы страны, где совершали разбойные нападения и грабежи, а также преступления солдат из г. Жепин, участвовавших вместе с гражданскими подельниками в нескольких налетах на пассажиров поездов Краков-Берлин и Краков-Вена. Особая трудность задержания правонарушителей в военной форме, совершающих преступления за пределами их частей, объясняется тем, что формально у них всех имеется твердое алиби - нахождение на службе, поскольку правонарушения они совершают главным образом будучи в самовольной отлучке, о которой командиры ничего не знают. Руководство военной жандармерии полагает, существующий уровень дисциплины во многих подразделениях польской армии позволяет солдатам свободно проводить в "самоволках" день или даже два.

Еще несколько лет назад бывший тогда заместителем министра национальной обороны Р. Липка признавал, что каждый день в Войске Польском незаконно оставляют подразделения не менее 500 человек. Сейчас, по данным польской печати, эта цифра возросла минимум в два раза.

Некоторую долю средств, полученных в результате незаконной деятельности, организаторы преступных деяний в армии тратят на выплату непосредственным исполнителям небольших вознаграждений, зачастую в виде наркотиков. К тем, кто отказывается от сотрудничества с "авторитетами", применяют различные меры воздействия: в ход идут угрозы, избиения, изощренные способы вовлечения в преступную деятельность. В качестве характерного примера в печати приводится признание торговца наркотиками, который распространял их в одном из подразделений ПВО. Когда вначале этот военнослужащий отказался распространять в казарме амфетамины, его избили и пригрозили, что в следующий раз изнасилуют его знакомую девушку, а затем сожгут магазин его отца.

Неоспоримые доказательства существования "новой дедовщины" следователи военной жандармерии получили после того, как установили скрытое видеонаблюдение в казарме бронетанковой дивизии в г. Жагань. Выяснилось, что солдаты, повинные в совершении преступлений, регулярно употребляли наркотики, приводили в казарму проституток, избивали других военнослужащих. Конечно такие случаи привлекают к себе внимание прессы. Естественно, что и военная жандармерия не проходит мимо подобных фактов.

Недавно сообщалось о двух проведенных судебных процессах, в результате которых 12 солдат полка ПВО и 14 военнослужащих другой части были приговорены к различным срокам заключения.

Пока среди польских военных и гражданских специалистов (юристы, психологи, социологи, медики и т. д.) нет единого подхода к тому, как эффективно бороться со столь серьезным явлением. Одни считают, что призывные комиссии не должны брать на военную службу наркоманов или уже привлекавшихся к уголовной ответственности, другие предлагают отказаться от призыва и формировать профессиональную армию, третьи указывают на необходимость усиления наказаний за подобные правонарушения. Скорее всего, жизнь потребует комплексного решения этой проблемы.

Зарубежное военное обозрение 2003 №8, С. 34-35

Всего комментариев: 0
avatar