Угрозы безопасности центральной Азии со стороны международных террористических организаций (2018)

Полковник И. Колесов

Географическая близость Центрально-Азиатского региона (ЦАР) к зонам активной деятельности международных террористических и религиозно-экстремистских организаций (Ближний Восток, Южная Азия) предопределяет высокую степень актуальности данного вида угроз для центральноазиатских государств. Основную опасность представляют действующие в Исламской Республике Афганистан (ИРА) "Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГИЛ) и другие радикальные структуры, а также рост наркотрафика из ИРА в республики ЦАР и Россию.

В настоящее время в Афганистане насчитывается около 50 тыс. боевиков различной принадлежности, сведенных в более чем 4 тыс. групп, деятельность которых направлена на дестабилизацию ситуации в стране и создание условий для расширения зон своего влияния. На данном этапе они контролируют почти 40 % афганской территории.

Главной силой вооруженного противостояния легитимному правительству ИРА по-прежнему остается 40-тысячное Исламское движение талибов (ИДТ), целью которого является вывод из республики иностранных войск и создание теократического государства "Исламский эмират Афганистан".

Талибы нацелены на удержание инициативы в южной и восточной частях страны, закрепление в западных ее провинциях и взятие под полный контроль северных районов. Для этого бандформирования ИДТ ведут активные диверсионно-террористические действия против афганских силовых структур и иностранных воинских контингентов. По ряду задач полевые командиры движения взаимодействуют с другими региональными экстремистскими группировками.

Успехи талибов были бы невозможны без поддержки местного населения, для завоевания симпатий которого они проводят масштабные информационные кампании. В пропаганде экстремистских идей достаточно эффективно используются как традиционные СМИ и сторонники исламистов из числа религиозных деятелей, так и новые возможности сетевых технологий и Интернета. Все большее значение придается укреплению позиций движения в северных районах Афганистана.

В свою очередь, "Исламское государство Ирака и Леванта" рассматривает сопредельные с центральноазиатскими республиками провинции ИРА в качестве плацдармов для последующего переноса своей деятельности на территорию стран Центрально-Азиатского региона и создания условий для смены в них светской власти на теократические формы правления.

Для реализации указанных намерений ИГИЛ ведет активную вербовочную работу среди проживающих в ИРА этнических таджиков, узбеков, казахов, киргизов й туркмен, привлекает на свою сторону полевых командиров и опытных боевиков других террористических группировок. Организацией предпринимаются также шаги по строительству объектов инфраструктуры (склады, учебные лагеря), приему боевиков из зон конфликтов на Ближнем Востоке, созданию тыловой базы для дальнейшей экспансии в северном направлении в целях создания "Великого Халифата". В 2017 году "Исламское государство Ирака и Леванта", несмотря на значительные потери, в целом сохранило боеспособность и продолжало наращивать усилия по расширению подконтрольных территорий в Афганистане.

В настоящее время в рядах филиала ИГИЛ в этой стране - "Велаята Хорасан" - насчитывается около 3,5 тыс. человек, К середине текущего года они намерены увеличить свою численность не менее чем в два раза. До 50 % игиловцев - иностранцы, среди которых не менее 7 % - выходцы из Пакистана и центральноазиатских государств.

Наиболее надежно "Исламскому государству" удалось закрепиться на востоке Афганистана - в провинциях Нангархар, Кунар и Нуристан, где сосредоточено до 1,5 тыс. исламистов. В то же время отмечается некоторое смещение активности членов данной террористической организации в северные провинции Джа-узджан, Сари-Пуль и Фарьяб, а также в северо-восточные - Кундуз и Бадахшан, где их насчитывается около 1 тыс. человек. В этих же районах наблюдается появление боевиков, воевавших в составе группировки ИГИЛ на Ближнем Востоке.

Укреплению позиций "Исламского государства" способствует наличие у террористов значительных финансовых средств. Они поступают главным образом из Пакистана и стран Персидского залива, а также от криминальной деятельности в Афганистане.

Лидерам организации уже удалось привлечь на свою сторону отдельные формирования ИДТ. О готовности к сотрудничеству заявляют также некоторые представители Исламского движения Узбекистана, "Хизб ут-Тахрир", "Ансарупла", "Джандулла" и "Лашкар-и-Тайба".

Активизация деятельности игиловцев в северных провинциях Афганистана представляет реальную угрозу для безопасности республик Центральной Азии. В приграничные с ними районы осуществляется переброска боевиков, оружия, боеприпасов и средств материально-технического обеспечения с территории Пакистана, южной и юго-восточной части ИРА. При этом для их беспрепятственной транспортировки часто используются вертолеты без опознавательных знаков, в то время как воздушное пространство находится под контролем США и НАТО.

Общее число боевиков в северных провинциях оценочно составляет 12 тыс. человек, из них ИГИЛ - около 1 тыс. При этом Афганская национальная армия и полиция, превосходящие отряды исламистов по численности и технической оснащенности, пока не могут самостоятельного решить задачи по обеспечению национальной безопасности.

На этом фоне в самих государствах ЦАР принимаются жесткие антитеррористические меры, что вынуждает религиозных экстремистов уделять повышенное внимание вопросам конспирации. В настоящее время они в основном заняты расширением сети исламистских ячеек, накапливанием оружия и боеприпасов, а также вербовочной работой среди населения. Их ряды пополняют возвращающиеся на родину участники боевых действий на стороне антиправительственных сил в Сирии и Ираке, подавляющее большинство которых не намерено отказываться от дальнейшей вооруженной борьбы с противниками радикальной идеологии.

Основными источниками финансирования террористических группировок являются доходы от наркобизнеса, незаконной добычи и торговли природными ресурсами, похищения людей, а также от незаконных сборов с коммерческих структур и граждан. Так, Афганистан, несмотря на деятельность на его территории коалиционной группировки во главе с США, сохраняет позицию "мирового лидера" в области изготовления и распространения тяжелых наркотиков.

В 2017 году площади посевов опийного мака в республике увеличились до 330 тыс. га (в 2016-м - около 200 тыс. га), а количество произведенного опия превысило 9 тыс. т (около 4,8 тыс. т). Оба показателя являются рекордными с момента ввода в 2001 году в страну воинских контингентов западных государств.

Значительная часть доходов от наркотрафика поступает в бюджеты экстремистских организаций и местных криминальных группировок, что способствует расширению их возможностей по реализации своих целей военным путем. При этом транспортировка афганских наркотиков осуществляется преимущественно в страны ЦАР и Россию, в том числе через территорию северных провинций Афганистана.

Фактор нарастания террористической угрозы используют США, чтобы убедить центральноазиатские республики в их уязвимости и склонить к расширению взаимодействия в сфере безопасности с американской администрацией. При этом Вашингтон не оставляет намерений разместить здесь на долговременной основе свои базы и другие военные объекты. В целях обоснования необходимости своего длительного присутствия в ИРА американцы разработали новую стратегию на афганском направлении, декларируя эффективность применения своего воинского контингента в современных условиях.

В то же время борьбе США и их союзников с Исламским движением талибов и другими террористическими группировками скоро исполнится 17 лет. За это время Пентагону и его партнерам по коалиции не удалось даже приблизиться к заявленным целям. Огромные средства потрачены впустую. Не исключено, что и новую концепцию США на афганском направлении постигнет та же участь.

Таким образам, наибольшую угрозу безопасности Центральной Азии представляют закрепление ИГИЛ на севере Афганистана, попытки реализации замыслов религиозных экстремистов по распространению своего влияния на ЦАР, а также поощряемый ими экспорт криминала и наркотиков.

Зарубежное военное обозрение. 2018, №7 С. 24-26

Всего комментариев: 0
avatar