"Исламское государство" - угроза мировой безопасности (2015)

С Иванов,
ведущий научный сотрудник
Центра международной безопасности ИМЭМО РАН,
кандидат исторических наук

Процессы глобализации существенно повлияли на содержание и формы такого явления, как терроризм. В начале третьего тысячелетия из спорадических актов насилия он превратился в угрозу самим основам социального порядка многих членов мирового сообщества, долговременный фактор дестабилизации международных отношений. В этой связи угроза террористических действий ныне вышла на первое место среди возможных вызовов глобальной безопасности. Совершенные в 2015 году масштабные теракты в Тунисе, Ливане, Турции, Франции, Египте и Мали вновь привлекли внимание мировой общественности к проблемам борьбы с международным терроризмом. Погибло несколько сотен мирных жителей, 231 из которых - гражданин России, всего пострадало около тысячи человек. Ответственность за эти злодеяния взяла на себя радикальная исламистская группировка "Исламское государство Ирака и Леванта"* (ИГИЛ).

Известно, что американская оккупация Ирака создала условия для появления террористической группировки ИГИЛ, когда от власти в стране были отстранены преданные режиму С. Хусейна около 100 тыс. мусульман-суннитов (изгонялись даже учителя из школ). Затем в 2006 году иракцы взяли контроль над террористической группировкой "Аль-Каида" и создали так называемое "Исламское государство Ирака и Леванта". Одно время оно аффинировалось с действующей в Сирии организацией исламистов "Джибгат ан-Нусра", однако позднее этот союз распался и ИГИЛ перешло к самостоятельным действиям.

По мере расширения кампании "де-баасизации" Ирака, когда уже не только "верхушка" партии БААС и силовых структур времен С. Хусейна подверглась репрессиям, но и пострадали десятки тысяч простых иракцев-суннитов - бывших госслужащих, военных, полицейских и представителей спецслужб, нарастало и движение сопротивления суннитов. Многие арабы-сунниты были брошены в тюрьмы, часть преследовалась во внесудебном порядке, шиитские "эскадроны смерти" похищали людей, взрывали суннитские мечети. В ответ сунниты осуществляли теракты в шиитских районах. Страна постепенно погружалась в атмосферу насилия и хаоса.

С выводом американских войск из Ирака в конце 2011 года суннитско-шиитское противостояние там усилилось, и даже те сунниты, которые пытались сотрудничать с правительством Нури аль-Малики, вынуждены были эмигрировать. Несколько сотен тысяч бежали в соседнюю Сирию. Вице-президент Ирака Тарик аль-Хашими, трижды заочно приговоренный в Багдаде к смертной казни, нашел политическое убежище в Саудовской Аравии.

Весной 2014 года восемь суннитских провинций Ирака восстали, и летом того же года свыше десяти насчитывающихся там военно-политических группировок добровольно вошли в состав так называемого "Исламского государства". К тому времени ИГИЛ уже контролировал почти половину территории Сирии, новоявленному халифу аль-Багдади присягали на верность десятки исламистских группировок: в Африке ("Боко харам" и "Аш-Шабаб аль-Муджахедин"), Египте ("Вилаят Синай"), Ливии, Йемене, Пакистане, Афганистане, странах Центральной Азии, на Северном Кавказе и т. д.

Эта террористическая группировка провозгласила создание "исламского халифата" (государство с шариатской формой правления). В этом устроенном по законам шариата псевдогосударстве созданы свои законодательные и исполнительные органы власти, губернаторства, вооруженные современными ВВТ воинские формирования общей численностью свыше 100 тыс. человек, имеются спецслужбы, налоговые и таможенные органы, мощный информационно-пропагандистский аппарат, функционируют системы жизнеобеспечения, здравоохранения и образования. В рядах исламистов состоят граждане 80 государств, в том числе Франции, Великобритании, Германии, Марокко, Саудовской Аравии, США, Канады, РФ, а также других стран СНГ.

На подконтрольной ИГИЛ территории проживает от 6 до 8 млн человек - в основном лояльные исламистам арабы-сунниты. Оказавшиеся на территории "халифата" иноверцы должны были принять ислам суннитского толка или, чтобы сохранить себе жизнь, платить особый налог - "джизья". Источниками пополнения его бюджета являются также торговля музейными артефактами, рабами и заложниками, различные зарубежные финансовые фонды и исламистские организации, налоги и сборы с населения, таможенные и транзитные платежи, грабежи банков в захваченных населенных пунктах и т. п. Кроме того, на ряде территорий Турецкой Республики, где террористы чувствуют себя спокойно, даже налажена торговля человеческими органами, которые привозят из Сирии боевики "Исламского государства" и других террористических групп.

Существенным источником доходов ИГИЛ являются средства от продажи нефти и нефтепродуктов, поскольку оно контролирует почти все нефтяные месторождения, расположенные в восточной части Сирии. Продажа добываемой там нефти, главным образом в Турцию, ежемесячно приносит боевикам почти 50 млн долларов.

Лидеры и идеологи исламистов задействуют самые современные информационные технологии для пропаганды и распространения своей идеологии по всему миру. Они прочно заняли место в социальных сетях, активно используют спецэффекты и видеоматериалы, виртуальные методы вербовки своих сторонников, проводят кибератаки и осуществляют кибертерроризм в своих преступных целях.

Значительную роль в создании ИГИЛ сыграли спецслужбы Саудовской Аравии, Катара и других монархий Персидского залива, Турции, Иордании, а также неправительственные организации этих стран. Поощряя сопротивление центральным властям бывших бааси-стов-суннитов, а позже и ИГИЛ, монархи хотели тем самым воспрепятствовать усилению влияния Ирана в Ираке и регионе.

Правящие суннитские элиты вышеуказанных стран панически боятся "шиитских революций", ведь тогда им придется уступить часть власти и ресурсов своим шиитским общинам. Для Бахрейна это означает смену власти, поскольку 2/3 его населения исповедует ислам шиитского толка. Велика вероятность интеграции во власть шиитов в Йемене, Ливане, Саудовской Аравии (Восточная провинция и племена на границе с Йеменом). В Ираке и Сирии пока сохраняются шиитские (алавитские) правительства.

До последнего времени с ИГИЛ и родственными ему террористическими группировками в Сирии и Ираке боролись две международные коалиции: США со своими западными и региональными союзниками, отрядами вооруженной сирийской оппозиции, туркоманами и курдскими ополченцами, а также Россия с правительством Сирии, Ираном и ливанской шиитской группировкой "Хезболла". Ракетно-бомбовые удары ВВС западной коалиции носили, как правило, сдерживающий характер и препятствовали лишь продвижению боевиков ИГИЛ на Багдад и оккупации северных районов Сирии и Ирака.

Подключение к операции против ИГИЛ ВКС России коренным образом изменило ситуацию в регионе. Практически прекратились артиллерийско-минометные обстрелы Дамаска, боевики ИГИЛ вынуждены были отступить на ряде направлений в Сирии, правительственными войсками и отрядами вооруженной оппозиции освобождены десятки населенных пунктов. Уничтожены несколько тысяч боевиков, боевая техника, автотранспорт, тяжелое вооружение, склады боеприпасов, тренировочные лагеря, командные пункты, объекты нефтедобычи и ее переработки, нефтяные резервуары и колонны автомашин для перевозки углеводородов.

Несмотря на очевидные успехи в борьбе с ИГИЛ, говорить об окончательном переломе на сирийском и иракском фронтах пока преждевременно. Боевики "Исламского государства Ирака и Леванта"", "Джибгат ан-Иусра" и десятков других более мелких террористических группировок перешли к оборонительным действиям и пытаются приспособиться к воздушным ударам.

Особенность таких войн заключается в том, что как таковой линии фронта нет. Боевики рассредоточились, постоянно перемещаются на значительной территории, умело маскируются, соблюдают режим радиомолчания, располагаются в подземных укрытиях, мечетях, школах, больницах, прикрываются населением как "живым щитом". На место погибших и раненых джихадистов из-за рубежа прибывают новые. Пополняют их ряды и местные жители, включая женщин и детей.

Борьба с ИГИЛ осложняется еще и тем, что все новые группировки за рубежом присягают ему на верность, а в качестве вербовщиков, эмиссаров и смертников по всему миру разъезжаются боевики-исламисты, получившие боевой опыт и идеологическую закалку в "халифате".

Неоднозначны и позиции ряда стран -пособников радикальных исламистов, например Турции. Формально ее руководство поддерживает усилия международных коалиций в борьбе с террористами ИГИЛ и другими подобными группировками, но на деле страна остается базой и транзитным коридором для джихадистов всех мастей и стремление свергнуть режим Башара Асада любой ценой превалирует в Анкаре над здравым смыслом. Турецкие власти не остановились даже перед уничтожением российского боевого самолета Су-24.

Совет Безопасности ООН 20 ноября 2015 года принял резолюцию № 2249, в которой решительно осуждаются действия террористов, предлагается лишить их убежища в Сирии и Ираке, пресечь переброску иностранных джихадистов в этот регион и их финансирование из-за рубежа. Кроме того, в соответствующем комитете ООН постановили в кратчайшие сроки обновить и расширить санкционный список террористических организаций и их главарей. Очевидно, что гибель четверти миллиона сирийцев, увечья и ранения еще сотен тысяч, миллионы беженцев и перемещенных лиц этой страны, аналогичные бедствия, вплоть до геноцида езидов, шиитов и христиан в Ираке, а также последние масштабные теракты все же вынудили западных лидеров и руководителей других заинтересованных стран объединиться в борьбе с этим абсолютным злом в лице радикальных исламистов.

Безусловно, участие в борьбе с ИГИЛ такой авторитетной международной организации, как ООН, и наметившаяся координация усилий на этом направлении западной и российской коалиций должны способствовать коренному перелому в деле борьбы с международным терроризмом. Можно также ожидать усиления сил западной коалиции, после того как все 28 стран, входящих в ЕС, одобрили официальный запрос Франции об оказании ей срочной военной помощи в связи с терактами в Париже.

Однако не следует забывать, что терроризм лишь способ борьбы отдельных групп людей за власть, территории и ресурсы. Это следствие, инструмент, а причины данного явления лежат гораздо глубже. К тому же еще существует и такое понятие, как государственный терроризм, когда отдельные страны инициируют и подогревают национальные, этнические и религиозные конфликты, используя их в своих узконациональных целях и интересах.

Здесь же можно упомянуть и о двойных стандартах, когда признанные террористами в одних странах люди и организации объявляются борцами за свободу и независимость в других и наоборот. Так, на Западе действия украинских националистов по свержению президента В. Януковича сочли легитимными, примерно по той же схеме действовали они и в Ливии, Египте, Йемене, поддерживая антиправительственные силы, а теперь пытаются с помощью вооруженной оппозиции сместить президента Сирии Б. Асада. Во всех отмеченных случаях в роли "борцов за свободу" выступили радикальные исламистские группировки типа "Братьев-мусульман" и различные ответвления "Аль-Каиды".

В сущности радикальный ислам и его основное оружие - терроризм были использованы США, а также их западными и региональными союзниками в деле свержения умеренно исламских или светских арабских режимов в ходе событий "арабской весны". По сути, международные террористические организации с их разветвленной структурой и значительной финансовой базой приобретают свойства негосударственных субъектов мировой политики.

В результате вместо ожидавшейся в Вашингтоне и Брюсселе "демократизации" Ближнего Востока по западным лекалам произошла исламизация региона, государственность ряда стран оказалась разрушенной, они погрузились в атмосферу хаоса и насилия.

Были, безусловно, и объективные причины для смены формаций и правителей ряда арабских стран (кумовство, коррупция, клановость власти, саботаж давно назревших реформ в политической и социально-экономической сферах, нерешенность этно-конфессиональных споров и конфликтов и т. п.). Однако большую провоцирующую роль сыграл здесь внешний фактор: вмешательство Запада и монархий Персидского залива во внутренние дела стран, подвергшихся событиям "арабской весны", которая началась задолго до 2011 года. И первым шагом по разрушению государственности стран региона стало свержение в 2003 году режима С. Хусейна войсками западной коалиции во главе с Соединенными Штатами Америки.

Успеху исламистов способствовало, в частности, то, что длительное время их деятельность не замечали или даже поощряли в Вашингтоне, Эр-Рияде, Дохе, Анкаре, Аммане, других столицах, полагая, что именно они помогут свергнуть режим Башара Асада в Сирии, оказать давление на правительство шиитского большинства в Багдаде, а также станут заслоном или щитом от дальнейшей экспансии Тегерана в регионе. Монархи Персидского залива и турецкие власти посчитали новоявленных джихадистов пускай и примитивным, средневековым, грубым, но все же близким им суннитским (салафито-ваххабитским) направлением ислама, который можно использовать в борьбе с шиитами в регионе. В результате Ирак, Сирия, Йемен стали как бы полигоном суннитско-шиитского вооруженного противостояния, в регионе воцарились хаос и насилие, в любое время эта новая псевдорелигиозная война может перекинуться на Ливан, Бахрейн, другие арабские страны, где имеются шиитские общины.

Непременным условием победы над этим злом является не только ослабление военного потенциала ИГИЛ, предотвращение новых актов терроризма, но и прежде всего причин, порождающих радикальный или политизированный ислам, религиозный экстремизм. Борьба должна вестись на всех возможных направлениях: политическом, идеологическом, информационно-пропагандистском, религиозном, финансовом и экономическом. Было бы оправданным выявлять и привлекать к судебной ответственности на международном уровне пособников и спонсоров террористов: учредителей ваххабитских фондов, финансистов, неправительственные организации, эмиссаров, вербовщиков, снабженцев, торговцев оружием и т. п. К таковым должны применяться жесткие международные санкции.

Необходимо подчеркнуть, что радикальный, политизированный ислам к подлинному исламу, правоверным мусульманам и Корану не имеет никакого отношения. Это один из пиар-проектов по типу "Аль-Каиды", когда одну группу людей пытаются натравить на другие и, зомбированные сектантскими догмами и постулатами, вновь обращенные в лоно "халифата" (присягнувшие халифу), они становятся слепым орудием в руках опытных манипуляторов и кукловодов. Всегда за подобными исламистскими группировками стоят какие-то государства, партии, группировки, корпорации, кланы, конкретные лица, стремящиеся использовать религиозный экстремизм и терроризм для достижения своих собственных целей.

* В связи с особо изощренной формой террористической деятельности группировки "Исламское государство" вопрос об употреблении ее названия стал как никогда актуальным. "Исламскоегосударство" (ИГ)-международная исламистская террористическая организация (запрещена в России), в 2013-2014 годы действовавшая под названием "Исламское государство Ирака и Леванта" (ИГИЛ) на территории Ирака и Сирии. В июне 2014 года группировка объявила о создании на захваченных территориях "исламского халифата" - государства с шариатской формой правления и о своем переименовании в "Исламское государство".

В настоящее время в мире развернулась дискуссия, в которой приняли участие многие политики, общественные и религиозные деятели, эксперты. Суть обсуждения в том, что нельзя по отношению к этой группировке применять название "Исламское государство", поскольку оно придает ей легитимность, а также не следует употреблять в ее названии слово ислам, так как эта преступная организация никакого отношения к истинному исламу не имеет. Предполагалось, в частности, при упоминании ИГ добавлять пояснения вроде "так называемое "Исламское государство" или "группировка "Исламское государство". Другие участники дискуссии призвали уходить от словосочетания "Исламское государство" в репортажах и статьях, ограничиваясь аббревиатурой ИГИЛ (англ. -ISIS, Islamic State of Iraq and the Levant) без расшифровки. Многие представители различных религий вместо этого словосочетания предлагают использовать ДАИШ (Daesh, сокращение от названия экстремистской организации ad-Dawla al-Islamiya al-Iraq al-Sham) - транслитерацию арабской аббревиатуры, соответствующей русскоязычной ИГИЛ.

Зарубежное военное обозрение. 2015, №12, С. 52-55

Всего комментариев: 0
avatar