Развитие военно-технического потенциала исламской республики Иран (1979-2005 гг.) (2005)

И.Е. Павленко,
Л.М. Решетникова

В современном мире регион Персидского залива является одним из дестабилизирующих и конфликтогенных. Большинство государств Среднего Востока стремится наращивать свою обороноспособность. Не является исключением и Исламская Республика Иран (ИРИ), которая привлекает к себе большое внимание мирового сообщества в связи увеличением военного потенциала в стране и стремлением получить ядерное оружие (ЯО).

Концепция военного развития в Иране представлена "доктриной национальной безопасности", согласно которой политика в этой сфере основывается на идеологии шиизма Хомейни - распространение исламской революции в регионе и создание "Исламской армии 20 миллионов". Для этого требовалось поддержание и развитие уже имеющегося военного потенциала при условии стабилизации экономической и технической базы.

До 1979 г. шахская армия была укомплектована оружием американского производства, контроль над обучением и администрированием вооруженных сил производили также США. Придя к власти, исламское духовенство прекратило деятельность американских военных советников и специалистов, были расторгнуты контракты на поставку амуниций, а военный бюджет был сокращен почти в два раза и в 1980 г. составил 4,2 млрд долл. против 9,9 в 1978 году1.

Тем не менее действия нового руководства были направлены на реорганизацию военной структуры с целью подчинения себе армии. В ходе реформ 1980-х гг. вооруженные силы ИРИ представлены в настоящее время тремя силовыми структурами:
- армией, состоящей из сухопутных войск (СВ), ВВС и ВМС;
- корпусом стражей исламской революции (КСИР), в составе которого СВ, ВВС, ВМС. Также здесь задействована организация ополчения "басидж" в виде иррегулярных сил;
- силами охраны порядка МВД ИРИ 2.

Изменился и численный состав вооруженных сил. Если в 1978 г. армия шаха насчитывала 415 тыс. чел., то к 1998 г. в войсках армии и КСИР было 800 тыс. чел.3 Однако к 2005 г. эта цифра несколько уменьшилась и составила 540 тыс. чел., при возможности еще 200 тыс. новобранцев4.

Наряду с изменением внутренней структуры вооруженных сил происходило наращивание военной мощи и развитие собственной оборонной промышленности, особенно в связи с ирано-иракской войной 1980-1988 годов.

В конце 1970-х гг. политика шаха, ориентированная на закупку и оснащение армии американскими образцами оружия, привела к тому, что армия стала полностью зависимой от поставок запасных частей из США. В дополнении сохранилась необходимость в помощи технических советников и специалистов для эксплуатации техники. В начале 1980-х гг. в Иране сумели наладить производство большинства комплектующих к технике заокеанского образца, оставшейся на вооружении в республике. Даже после введения санкций Соединенными Штатами получение американского оружия по-прежнему продолжалось, в первую очередь через израильских посредников. Во время кризиса с заложниками 1979 г. в Иран было поставлено несколько сотен дополнительных запасных частей к зенитно-ра-кетным комплексам "Hawk", и после руководство ИРИ добилось снабжения своих военно-воздушных сил запчастями к самолетам F-4, F-5 "Fantom", F-155.

Во время войны с Ираком в 1983 г. Иран предпринял попытки диверсификации источников военных поставок. Так, например, Сирия в обмен на иранскую нефть осуществляла поставки военных потенциалов, однако в оборонных ведомствах ИРИ такую технику посчитали устаревшей и отказались от данного вида сотрудничества6. Несмотря на то что официально в Вашингтоне осуждалось оказание какой-либо помощи Тегерану другими странами, американское оружие продолжало поступать в иранские вооруженные силы путем косвенного сотрудничества ИРИ с Израилем и Саудовской Аравией. Доставка различного рода амуниций производилась по неформальным соглашениям и по секретным каналам частным лицам в этих двух странах7. Впоследствии подобного рода действия привели к появлению скандала во внешней политике США, известного как "Иран-контрас". Нарушением санкций Конгресса США также было то, что Соединенные Штаты нелегально продавали в Иран ракеты и часть средств от такой продажи направлялась на обеспечение оружием антикоммунистических сил в Южной Америке.

Дополнительно импортировалось оружие из Алжира, СССР, Ливии (ракеты "Scud"). В особенности в этот период активизировалось сотрудничество Ирана с Северной Кореей и Китаем. Китайская военная техника, сделанная по советским образцам и с применением советских технологий, представляла собой более качественную, дешевую и простую в эксплуатации продукцию, нежели израильская. В начале 1980-х гг. основу экспорта из Пекина на территорию ИРИ составляли танки Т-59, 130-мм снаряды и стрелковое оружие, радары наземного базирования HY-2 "Silkworm"8.

Наряду с осуществлением внешних военных поставок китайского и советского производства, уменьшавших зависимость Ирана от постоянного использования запасных частей из Америки, руководство ИРИ было нацелено на развитие собственного ВПК и кадровой военной базы. Так, с 1987 г. стали появляться публикации, характеризующие основные достижения иранского национального производства ракет класса "земля - земля", противотанковых и противовоздушных ракет, беспилотного разведывательного самолета. В 1988 г. начались испытания иранского истребителя, созданного на базе американской модели F-5 с использованием двигателя МИГ-21. С этого времени потребность армии в легком вооружении могла удовлетворять и собственная промышленность. Дополнительный военный потенциал либо покупался на международном свободном рынке, либо транспортировался в индустрию из Китая и Пакистана9.

В 1990-е гг. началось быстрое развитие наукоемких и технологичных отраслей в оборонной промышленности. Были проведены испытания баллистической ракеты средней дальности "Caxex" и модернизация боевых самолетов американского производства, в первую очередь F-14 и МиГ-29, которые были захвачены у Ирака в ходе войны 1980- 1988 годов. В начале 1990-х гг. ракетное производство было сосредоточено на выпуске тактических ракет "Oghab", противотанковых ракет "Tow", ракет уже класса "воздух - земля" "Maverick" и тактических ракет "Arash", "Fajr". Помимо этого, возросло производство боеприпасов и артиллерийских орудий10.

С середины 1990-х гг. милитаризация страны начала набирать обороты. Увеличился объем закупок военной техники. Основными импортерами для Ирана с 1993 г. по 1998 г. являлись Россия и Китай. Российские вооружения были закуплены на сумму более 1 млрд долл., основой импорта для Тегерана были поставки боевых танков Т-72 и подводных лодок проекта 877 ЭКМ класса Kilo в количестве 3 штук. Из Китая также были доставлены 14 транспортных самолетов Y-7 и 100 ракет "земля - земля" С-802. Помимо этого на вооружение сухопутных войск Ирана были получены дополнительно 70 танков Т-72 из Польши. Также иранские войска стали обладать баллистическими ракетами, 10 пусковыми установками, 210 ракетами типа "Scud B/C", 150 ракетами "Nodong-1" (КНДР) на базе "Scud"11.

С началом 2000-х гг. в усилия Тегерана были направлены на расширение военного сотрудничества с Россией и Китаем. В октябре 2001 г. министры обороны РФ и ИРИ подписали Соглашение о военно-техническом сотрудничестве. Иран планирует потратить на перевооружение своей армии до 10 млрд долл. и 4 млрд долл. в ближайшее время будут потрачены на приобретение российского вооружения. Москва пообещала модернизировать иранские ВВС новыми истребителями и системой ПВО С-300, также планировалось учреждение сервисных центров для обслуживания техники российского образца. В 2001 г. завершилась доставка 21 вертолета Ми-17 в Иран12.

В настоящее время одним из самых актуальных вопросов на повестке дня международной политики является ракетно-ядерная программа Ирана. Все мировое сообщество пристально наблюдает за развитием ситуации, прекрасно осознавая, что возможное появление в ИРИ ЯО и совершенствование средств его доставки (баллистических ракет) способно радикально изменить военно-политический баланс сил на всем Ближнем Востоке и прилегающих к нему регионах. Еще в самом начале 2000-х гг. данная проблема так остро не стояла, однако в дальнейшем, в ходе регулярных инспекций комиссии МАГАТЭ, стали выясняться новые факты, и в результате последних проверок стало известно, что Иран пытается освоить технологию обогащения урана и отделения плутония. Теперь, вероятно, мало у кого остаются сомнения в том, что Тегеран стремится разработать собственное ЯО.

Развитие мирной ядерной программы (строительство АЭС в Бушере) в Исламской Республике началось при поддержке ряда западных стран, в том числе и Соединенных Штатов, еще в 1974 г., в период правления шаха. Однако после исламской революции в Иране в 1979 г. ядерную программу страны пришлось свернуть: США, а также ряд других стран под их давлением прекратили сотрудничество с ИРИ в этой сфере к концу 1980-х годов. Только в 1991 г. иранское руководство приняло решение достроить атомную станцию, однако ряд стран (Германия, Китай и Бразилия), к которым Тегеран обратился, отказались помочь. В результате только в 1995 г. был заключен договор с Москвой стоимостью в 800 млн долл., согласно которому Россия должна была ввести в строй один из двух энергоблоков станции в Бушере к 2001 году13.

Против российско-иранской сделки выступили Соединенные Штаты, которые опасались не самого инженерно-технического сотрудничества России и Ирана, а того, что запуск бушерского реактора может значительно продвинуть иранскую программу ядерного вооружения. Вашингтон, прежде всего, был обеспокоен тем, что по прошествии нескольких лет Иран мог аннулировать подписанный с Россией договор, выдворить инспекторов и, накопив к тому времени плутоний и опыт, двинуться вперед в деле создания собственного ЯО. К тому же, принимая во внимание большие запасы углеводородов, которыми обладает Иран, нельзя было однозначно утверждать, что у иранского правительства есть реальная потребность в подобной программе. Соответственно, возникало подозрение: ИРИ стремится разработать оружие массового уничтожения (ОМУ), что в будущем создаст угрозу безопасности всего мирового сообщества.

Однако Москва со своей стороны обязалась выполнить все международные требования по нераспространению ОМП и разделяющихся материалов, поэтому 1 июня 2002 г. в Тегеране Минатом РФ и Комиссия по атомной энергии Ирана подписали протокол, в котором зафиксировали, что все поставляемое российское ядерное топливо для АЭС в Бушере после окончания цикла его работы будет полностью возвращаться обратно в Россию на переработку и хранение14.
В 2002 г. ситуация обострилась: состоялась китайско-иранская встреча на высшем уровне в Тегеране. Особое внимание было уделено развитию военно-технического сотрудничества. Иран был заинтересован в договоренности по эксплуатации авиационной техники, поставленной из КНР, в развитии военно-морских сил, а также внедрении в иранскую индустрию производства компонентов ракетной техники. Стороны также договорились возобновить замороженное в 1999 г. сотрудничество в атомной энергетике: разработку урановых месторождений и проведение ядерных исследований15.

Летом 2002 г. Москва заявила, что планирует построить в Иране 6 новых АЭС. Российское правительство одобрило проект "Долгосрочной программы развития торговли, экономического, промышленного и научно-технического сотрудничества между Россией и Ираном на период до 2012 г.". Проект данной программы предусматривает строительство в Иране в течение 10 лет 6 блоков ядерных реакторов на сумму 8,5 млрд долларов16.

Россия, будучи единственным государством в мире, которое сотрудничает с Исламской Республикой в области атомной энергетики, вероятно, рассчитывала на доверие Ирана и полагала, что он должен был ставить Москву в известность обо всех своих шагах в ядерной области, пусть и не связанной двусторонним сотрудничеством.
Однако начиная с 2002 г. работы по иранской военной ядерной программе ускорились, и Россия была уже не в состоянии самостоятельно контролировать развитие деятельности ИРИ в этой области. Во второй половине 2002 г. появились достоверные сведения о наличии в Исламской Республике ряда объектов ядерного топливного цикла, местоположение которых было указано представителями оппозиционной организации "Национальный совет сопротивления Ирана" (штаб-квартира - в Париже): центрифужный комплекс в Натанзе и тяжеловодная реакторная установка, необходимая для производства плутониевой бомбы, около города Арак17. В июне 2003 г. МАГАТЭ официально проинформировало представительство Ирана при этой организации об обнаружении частиц высокообогащенного урана в ходе анализа проб, взятых на ядерном объекте в Натанзе.

Впоследствии иранское руководство официально заявило о том, что поставило перед собой цель: производить топливо для АЭС (обогащенный уран) у себя в стране, а не импортировать его, поскольку это позволит сократить затраты. Однако со стороны это стремление Тегерана создать полный замкнутый ядерный цикл выглядело более чем подозрительно, поскольку все планы и работы велись в обстановке полной секретности.

Как полагает ряд западных экспертов, Тегеран начал вкладывать крупные средства в создание предприятий, которые в долгосрочном плане не способны обеспечить АЭС топливом, но производимого ими урана достаточно для создания нескольких десятков ядерных боеприпасов18.
Для обоснования законности своей ядерной программы в целом Иран постоянно ссылается на то, что, несмотря на богатые запасы нефти, страна заинтересована в диверсификации энергетических ресурсов. Из-за возросшего внутреннего потребления нефтепродуктов резко сокращается экспорт нефти и газа, служащий источником поступления валюты. Ко всему прочему Иран настаивает на том, что согласно Договору о нераспространении ядерного оружия он имеет полное право создавать полностью замкнутый ядерный топливный цикл, тем более что его ядерная программа носит исключительно мирный характер.

В целом прямых доказательств того, что Иран стремится создать ЯО, до сих пор нет. Скудность информации всегда была и остается основной проблемой относительно того, что касается иранской ядерной программы. В связи с этим эксперты разных стран оперируют косвенными доказательствами, которые в совокупности выглядят достаточно убедительно:
- развитие атомной энергетики в стране, которая располагает одними из крупнейших запасов углеводородов;
- стремление Ирана получить технологии для самостоятельного обогащения урана на основе разделения изотопов с помощью газовых центрифуг;
- строительство завода по производству тяжелой воды, что является шагом к получению оружейного плутония;
- добыча и переработка урановой руды, создание предприятий, которые в дальнейшем могут выработать уран, достаточный для производства нескольких десятков ядерных боеприпасов;
- ракетная программа Ирана "Shahab": ракеты этого класса можно оснастить ядерными зарядами;
- двусмысленные заявления иранских официальных лиц, из которых следует, что Иран для борьбы с Израилем и защиты от США имеет моральное право на обладание ОМУ;
- есть предположения, что Иран купил у "отца" пакистанской ядерной программы Кадир-хана технологии по производству бомб и боеголовок. Стимулом к разработке Ираном собственной ракетно-ядерной программы, возможно, является слабое оснащение современным вооружением войск страны по сравнению с армиями своих основных соседей, а также Израиля и группировкой США в зоне Персидского залива. Тегеран может попытаться ликвидировать свое отставание в обычных видах вооружения за счет создания ОМУ, которое способно сдерживать угрозы национальной безопасности ИРИ.

Ситуация осложняется еще и тем, что параллельно с развитием ядерных технологий Иран уделяет повышенное внимание приобретению ракетного потенциала; на это, вероятно, влияет присутствие американских войск и баз в регионе. На настоящий момент ракетная промышленность ИРИ является одной из наиболее динамично развивающихся отраслей, в которую направляются крупные финансово-валютные средства и основные технические кадры. Именно ракетная программа - косвенный аргумент тех, кто говорит о скором появлении у Ирана ЯО.

Стремление Исламской Республики иметь собственные ракеты появилось во время ирано-иракской войны (1980-1988). Проблема, однако, заключалась в том, что Иран не мог самостоятельно производить современные виды обычного вооружения, ему необходимо было приобрести технологии и опыт для того, чтобы в дальнейшем развивать эту отрасль ВПК. Вначале Тегеран просто закупал ракеты. В июле 1987 г. в ИРИ была доставлена первая партия ракет класса "Scud В" (дальность полета 280-300 км) из Северной Кореи. За время войны Пхеньян поставил Ирану около 100 баллистических ракет "Scud В", а также технологии, позволяющие производить эти ракеты самостоятельно.

Зависимость Ирана от внешних поставок современного вооружения позволила Соединенным Штатам оказывать давление на экспортеров, чтобы предотвратить возможное проникновение в Иран ЯО или технологий по его производству. Европейские союзники США согласились не продавать Ирану стандартное вооружение, а также технологии, которые могут использоваться в военной промышленности (так называемые "товары двойного назначения").

В ответ Тегеран начал развивать отношения с государствами, не столь тесно связанными с Америкой, - с Россией, Северной Корей и Китаем. В послевоенный период именно эти три страны продавали Исламской Республике ракеты и технологии. Так, КНР предоставила технологии для создания противокорабельных ракет (ПКР) С-701 (с дальностью полета 15 км) и С-802 (около 120 км), которые могут быть использованы и в авиационном варианте - в данном случае истребителями F-4E/D и F-5E, имеющимися на вооружении иранских ВВС19.

2002 г. для иранской военной промышленности ознаменовался стремительным развитием ракетной программы. В мае 2002 г. прошли успешные испытания ракеты средней дальности "Shahab-З" (модернизированная советская ракета R-300, Scud-B по западной классификации), которая в настоящее время взята на вооружение. В этой ракете двигатель и система наведения были улучшены благодаря специалистам из Северной Кореи. Радиус действия ракеты 1 300 км, что позволяет ей долететь не только до Израиля и большинства арабских государств, но и до всех американских баз в районе Персидского залива. Данная ракета способна нести до 700 кг взрывчатого вещества. Однако, как отмечают эксперты, помимо обычного заряда, она может нести также и ядерную боеголовку, химическое и бактериологическое оружие. Продолжились испытания баллистической ракеты средней дальности "Shahab-4" на основе северокорейской ракеты "TaepoDong-1", радиус действия поражения достигает стран Западной Европы (около 2 200 км)20. В феврале 1999 г. Иран сообщил, что ракета "Shahab-4" подвергается испытаниям, но будет использоваться только для спутниковых запусков. Министр обороны Ирана также публично заявил, что планируется создание "Shahab-5" с еще большим радиусом действия - 3 400- 3 550 км.21

На данный момент наибольшую обеспокоенность у Соединенных Штатов вызывает именно иранская ракетная программа "Shahab". Особенность ракет данного класса состоит в том, что их можно использовать лишь для стрельбы по площадным целям (крупным городам), а для этого необходимо использовать не обычные заряды, а ядерные.

В последние годы стала появляться информация о том, что в Иране ведется разработка ракет с более тяжелой боеголовкой, способной нести биологический или даже ядерный боезаряд. Имеются также сообщения, что Тегеран пытается приобрести технологии китайской ракеты М-922. Увеличивается местное производство ракет "Mowj", в дополнении проводится закупка для иранских ВМС 10 кораблей "China Cat", вооруженных ракетами класса "земля - земля"23.

В настоящее время в армии страны насчитывается около 35 пусковых установок оперативно-тактических ракет и 84 пусковых установок тактических ракет, большое количество ракет разного радиуса действия, в основном Scud-B/C северокорейского производства, а также модифицированных или созданных в Иране на основе бывших советских, китайских и северокорейских ракетных технологий "CSS-8", "FROG", "Iran-130", "Oghab", "Shahin-1/2", "Nazeat", "Shahab-2/3" - всего около 500 ракет24.

Таким образом, развитие ракетно-ядерной программы ИРИ представляет большую опасность для мирового сообщества. Если Иран будет иметь свое ОМУ, то это осложнит проведение с ним дальнейших переговоров и еще больше дестабилизирует ситуацию на Ближнем Востоке. Многое в данной ситуации зависит от политики ключевых игроков: России, стран ЕС и США.

Наряду с развитием такой программы увеличиваются расходы на милитаризацию страны, военный бюджет с 2000 г. вырос почти в два раза к 2004 г.: с 2,3 до 4,2 млрд долл. соответственно. Военный бюджет включает в себя и статьи расходов на присутствие 400 иностранных военных специалистов из России, Китая и Северной Кореи для обслуживания имеющейся техники и разработок новых программ. Повысилась и обороноспособность вооруженных сил Ирана. За прошедшие почти десять лет, в сравнении с 1995 г., иранские сухопутные войска представлены теперь 500 танками Т-54/55, 480 танками Т-72, 75 танками Т-62, 100 танками "Zulfiqar". Осталась в эксплуатации техника, используемая раннее - это 200 единиц английской марки "Chieftain", 150 американских M60A1. В военно-воздушных силах на вооружении имеются по 25 истребителей серии F-14 и МиГ-29, 65 самолетов F-4/D, 60 F-5/E, а также устаревшие ударные самолеты: 30 единиц Су-24 и 7 единиц Су-25, которые были захвачены у Ирака во время войны 1980-1988 годов. В период с 1995 г. до 2005 г. Иран наращивает свою военно-морскую мощь в Каспийском регионе, и иранская каспийская группировка по боеспособности уступает только ВМФ России. На современном этапе вооружение общих военно-морских сил включает новые единицы техники - это 3 подводные лодки "Kilo". В дополнении к 10 ракетным кораблям, купленным у Франции, имеются также 3 британских фрегата 1985 г."Аг\ш^", оснащенных уже ракетами С-802, 2 американских эсминца, около 60 кораблей патрульной прибрежной и береговой охраны, 7 миноносцев, 9 амфибий. Авиация ВМС начитывает 2 000 единиц боевой техники25.

Иранское руководство стремится поставить на вооружение своих сил новые модели, тем не менее военный потенциал отличает общая тенденция. С одной стороны, продолжается эксплуатация частично устаревшей техники периода правления шаха и ирано-иракской войны. С другой - перед оборонной промышленностью страны стоят задачи по совершенствованию ракетных технологий и получению ОМУ. Это необходимое условие для защиты национальных интересов и обеспечения собственной безопасности Ирана, угрозу которым представляют не только страны Персидского залива, но и геополитические соперники, к которым Тегеран причисляет Израиль и США.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Современный Иран / Отв. ред. С.М. Алиев. М., 1993. С. 138.

2 Крымин А., Энгельгардт Е. Системная уязвимость политико-военной структуры Исламской Республики Иран / / Экспорт Вооружений. 2001. Янв. - февр. // <http://www.cast.ru/russian/ publish/2001/jan-feb/krymin-engelgard.html>.

3 Сажин В.И. Военная мощь Ирана в контексте региональной и глобальной политики // Ближний Восток и современность. 1999. № 7. С. 301.

4 The Military Balance. International Institute for Strategic Studies. L., 2003-2004. P. 109, 336.

5 Тереенков К. Некоторые особенности современного военного строительства в Иране // Экспорт вооружений. 2001. Янв. - фев. // <http:/ /www.cast.ru/russian/publish/2001/jan-feb/ tereenkov.html>.

6 Ottaway D. Syria Gives Arms, Political Muscle for Iranian Oil and Economic Aid // International Herald Tribune. 1983. Dec. 30. P. 2.

7 Fitchett J. Israeli-Saudi Role in Iran Arms Deal // Times of India. 1987. Feb. 2. P. 12.

8 Тереенков К. Указ. соч.

9 Hiro D. Iran's Home-Made Arms Industry // Middle East. L., 1988. April. № 162. P. 19.

10 Современный Иран... С. 245-247.

11 Макиенко В. Компаративный анализ позиционирования на рынке ВВТ Ирана и других стран Ближнего и Среднего Востока // Экспорт вооружений. 1998. Май - июнь // <http:// www.cast.ru/russian/publish/arhiv_1998/index.html>.

12 The Military Balance... P. 278.

13 Мирзоев Э. Снова - иранская ядерная программа // Журнал Вестник On-line // <http:/ /www.vestnik.com/issues/2002/0904/win/ mirzoev.htm>.

14 Винников А., Орлов В. Между Бушем и Бушером // Россия в глобальной политике. 2005. Т. 3. № 2, март - апрель. С. 132.

15 Тульев М. Состояние и перспективы ирано-китайских отношений // Иран. Аналитические записки. М., 2004. С. 142-143.

16 Кузнецов С. Российско-иранское сотрудничество в области ядерной энергетики на современном этапе / Индоиранский клуб // <http:/ /indira.mgimo.ru/pub/S Kuznetsov_rus -iran_nuke.shtml>.

17 США: Иран строит ядерные объекты // BBC Russian.com<http://news.bbc.co.uk/hi/ russian/news/newsid_2571000/2571595.stm>.

18 Тренерт О. Ядерная держава Иран: Что делать?// Internationale Politik. 2003. № 4. С. 65.

19 Минасян С. Иран на пути к ядерной бомбе? // Центральная Азия и Кавказ. 2003. № 3. С. 35.

20 The Military Balance... P. 103.

21 Hadian N. Iran's Nuclear Program: Contexts and Debates / the Nixon Center: Publications // <http://www.nixoncenter.org/publications/ monographs/ IransBomb.pdf>.

22 Лата В., Хлопков А. Иран: ракетно-ядерная загадка для России / ПИР-Центр. Центр политических исследований в России // <http:// www.pircenter.org/report/Khlopkov_Lata.pdf>.

23 The Military Balance... P. 98.

24 Лата В., Хлопков А. Указ. соч.

25 The Military Balance... P. 109-110.

Вестник ВолГУ. Серия 9. Вып. 4. 2005. Ч. 1 С. 32-37

Всего комментариев: 0
avatar